Star Wars: an Old Hope

Объявление

Приветствуем вас на ролевой игре, посвященной Star Wars!

2018-05-11. Новости форума.

2018-04-16. Итак, мы наконец-то открыты! Некоторые статьи и детали сюжета будут доноситься в процессе :З Добро пожаловать!

2018-04-09. Новости форума.

2018-04-06. Отдельным постом выложено Краткое руководство по сюжетным эпизодам и взаимодействию с ГМ.

2018-04-03. Выложены ссылки на Карту Галактики и модель навигационного компьютера.

2018-03-20. Новости форума.

2018-02-28. В Кодексе выложены две важные статьи - о Хронологии в ДДГ и о Силе.

2018-02-20. С трагических новостей начала свое вещание ИнфоСтанция "Свободная Кореллия".

2018-02-12. Новости форума

Лучший эпизод

Aelara, Hero of Tython, Maylory Reinhardt - Миссия

Лучший пост

Chirrut Imwe - шесть часов вечера после войны [0 ПБЯ]

Пара недели

Hero of Tython Barsen'thor
Райли Дрэй Эзра Бриджер Гаразеб Лана Бенико Реван Зейн Керрик Сатин Крайз Инквизиторы лорда Вейдера Арканн
Hera Syndulla
Luke Skywalker
Leia Organa
Kit Fisto
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Каталог фэнтези сайтов и баннерообменная система Палантир LYL


STAR WARS: Medley STAR WARS: Decadence photoshop: 
       Renaissance Galaxy Far, Far Away ELECTRIC DREAMS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars: an Old Hope » Империя Палпатина и Новая Республика » The night will come (10.3 ДБЯ)


The night will come (10.3 ДБЯ)

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Год: 10.3 ДБЯ
Место:Татуин
https://i.imgur.com/3nb6Cv2.png
[Ashi'e, Barriss Offee]

The night is long and the path is dark ©

— Ночь пришла, дитя. И уже не убежать.
Иди ей навстречу, Ашии и никогда не бойся.

— Мудрая Шаури? — пожилая, древняя твилека открыла выцветшие от времени глаза. Задерживает подслеповатый, но удивительно пронзительный, при том, взгляд на девочке-подростке перед ней. Цветущее дитя. И проклятое. Беда для всего клана. То, что Иссэ даже батогом не сможет изгнать из своей будущей молодой жены. С первой лунной кровью она должна статью ею, но...

Когда-то одна чужеземка подвела их клан. Накликала беду, приведя одного проклятого. И снова Мудрая видит послания духов старой планеты. Предостережение, после которого сердце бьётся сильно-сильно. До боли. До сбитого дыхания, кольца вокруг грудной клетки.

— Ничего, дитя. Всё в порядке. Я просто задремала, — лжёт. Иссэ не простит дара.
Бедной девочке самым благим будет смерть. Хорошо - если лёгкая. — Иди домой. Я ничего не вижу. Скажи матери, что алтарь ждет тебя. И ложе.

Опять ложь. Но пусть так. Придёт время и Шаури сделает всё необходимое, чтобы не дать своей... Одной из множества своих внучек, мучиться.

... А тьма ей снилась, в самом деле. Далёкая-близкая.
Протяни только руку.
Идёт с востока. Стелится.  Алым. Зеленью.
Гневом. Горечью.
Это - смерть.
Чья же?


[icon]https://i.imgur.com/4Crb6Ev.png[/icon][nick]Ashi'e[/nick][status]песчаная буря[/status][sign]---[/sign][prof]Шиэ. Дитя клана Кхуан. Среди песков моя семья.
Была.[/prof]

+5

2

— Говорю вам, офицер, разбойники они! Да и что взять с тьфу, ёбмать, рабов? Уже троих караванов не досчитались и это не эти уродцы. Мы же, говорю вам, стараемся в сроки до ваших ребят доходить. Знаю жеж, как ого это. Жить-то тут. Что не обернись, говорю вам, то вор какой и ещё отребье! Но вот эти, говорю вам, вот точно!

У человека нет части зубов, но говорит он на удивление бойко и чётко. Хотя налитые кровью от алкоголя и недосыпа белки глаз не могут принадлежать здоровому. Впрочем, информаторами никто не брезгует и проводниками тоже. Нурн считался лучшим, но оставался бедным. Бутылка ему роднее собственного благополучия.

— И проведу я вас, значит, вас вот прямо к ним! Только я это, ждать буду в стороне. А то, говорю вам, дикари они! Да все эти хвостоголовые, ёбмать, ненормальные, были бы нормальные - встретил бы.

Чешет зарочший белёсо-рыжей, выгоревшей на солнцах щетиной подбородок.

— Я этого пока. Я пока заведу гравицикл. И этого. Телегу пристрою. Госпоже небось вашей того, не ножки об песок наш марать, ых?

— Пасть заткни потрох и делай что следует, — лейтенант Трайн морщится и от запаха того, с кем по долгу службы, обязан иметь диалог и от вида. Мало ему того, что за спиной маячат гости из, чуть ли не Мустафара. И инквизитор или как там этих называют. Надо сказать животный страх перед силочувствительными, цепными акк-псами Императора, глушит даже гадливость.

Доложить. Просто доложить.

— Госпожа, скоро всё будет готово через двадцать минут. Гид надёжный, — отсалютовал честь хотя не знает как в самом деле стоит обращаться к миниатюрной экзотке, которая стоит сотни таких как лейтенант Трайн.

***

Шаури ждёт тьму. Уже второй год чует - идёт неотвратимо. Оттуда. Куда ушли те же полтора года тому назад чужаки, оттуда придут другие. Уже многие подходили к их лагерю, немногие оставляли свои жизни сохранными. Духи песков всегда шептали Шаури кого следует отпустить. Остальных… Остальных принимала Пустыня. Холмы хотят  жертв. Холмы дают кров и даже пищу.
Шаури верит, что плата всегда своевременна. Но однажды она ошиблась.

Плата. Всегда. Своевременна.

— Мать, — Иссэ не терпит молчания и лжи. Никогда не терпел, ни от кого. Он вообще слишком не терпелив и это дурно. За оскорбление проклятым заплатили две его жены. И верно что - кто унижает своего мужа-хозяина его неправотой? Чужачке повезло, что она не заплатила собственным языком и руками за свой выбор.
Тем не менее - свой.
И всё это из-за глупости старой Шаури.

Духам всегда нужно отдавать тех, кого они хотят. Теперь уж поздно что-либо менять.

— Мать, — оклик твёрже. Иссэ ещё молодой мужчина, но силён как лиллек. И тяжёлая пятерня сжимается на хрупком старческом плече. — Почему ты отложила церемонию? Сколько?

Ашаи должна уйти к свету. Новая жертва духам. А Шаури всё не решается - снова. Гнев сына даже не имеет значения, куда стрешнее гнев духов.
Кажется, она опоздала.

Но.

— Сегодня последняя ночь. Завтра духи скажут когда. Не торопись. У тебя есть жёны, а первая луна Ашаи ещё не наступила. Всё равно…

— Не всё! Мне надоело, что ты всегда решаешь за меня! — сильно толкнул, так что не удержалась и больно упала коленями в песок. — Ты всегда портишь. Теперь такого не будет. Сегодня. И никаких отговорок. Лгунья-мать.

Быстрым шагом он разрывает расстояние между ними. направляясь к своему шатру.

***

Ашаи бежит. Это началось давно, она просто уходила от деревни и возвращалась с чем-то, что находила сама. Яйца ящериц, что пойдут на ужин. Чистая вода из оазиса, который откроется из-за барханов. Места где можно спрятаться - это, конечно, не приносила. И не говорила. Двенадцать лет она находит их, укромные, спокойные. И такие не может обнаружить больше никто. Жалко, что когда-то она вернула ту Вещь мужчине-чужаку. Тёплую, поющую. Иногда Ашаи слышала эту песню. Отовсюду и из неоткуда, но Вещь пела особенно сильно. И сияла. Когда-нибудь, она сыщет что-то такое. Такое же. Сияющее. Делающее сильной. Чтобы защитить и защититься.

Особенно от Иссэ.

Отца и вождя. Но он ей не нравится, хоть трижды это предательсво Семьи.
И поэтому Ашаи бежит туда, где Иссэ не найдёт. И мудрая Шаури тоже.
Никто не найдёт.

Только она - каждый раз заново.

Но сегодня ничего. Светила-близнецы кусают своими плетьми-лучами кожу сквозь плотную ткань и девочка сильнее тянет капюшон, чуть ли не закрывая глаза. Нужно возвращаться. Сегодня кажется неправильным убегать, несмотря на желание. Нужно быть там. За жидкой околицей. И ждать… Чего-то. Важного.

Песни.
Она слышит и поныне.
Другую.

Плачущую. Режущую.

И чем ближе стелит шаг по протоптанной на жёлтом песке тропке к деревне, тем сильнее эта песня.

[icon]https://i.imgur.com/4Crb6Ev.png[/icon][nick]Ashi'e[/nick][status]песчаная буря[/status][sign]---[/sign][prof]Шиэ. Дитя клана Кхуан. Среди песков моя семья.
Была.[/prof]

+6

3

В какие только межгалактические помойки её не заносило. В каких только дырах не приходилось сначала выискивать, а потом и отлавливать чувствительных к Силе, не говоря уже о недобитых джедаях, по особому распоряжению Палпатина, представлявших первостепенную угрозу  благополучию и процветанию Империи, все еще находящейся на стадии формирования и поглощения новых миров и территорий.
Однако именно Татуин, пожалуй, побил все рекорды в ее личном списке "отвратительных мест", переплюнув даже вылизанный до блеска Альдераан, который Первая Сестра, а в прошлом Баррисс Оффи, возненавидела с того самого момента, как выполняла непосредственное поручение Дарта Вейдера, формально заключавшееся в поиске одаренного ребенка. В действительности же вся её работа сводилась к перепроверке результатов расследования другого инквизитора - Феруса Олина, которого уже давно за глаза  называли "шпионом" и "джедайским прихвостнем", по совершенно непонятной причине долгое время разгуливавшего на свободе и даже что-то там якобы пытавшегося делать во благо Империи.
Впрочем, все это уже в прошлом, а здесь и сейчас - под ногами, по сторонам, даже, казалось, над головой, лишь бесконечный песок, острыми, но мелкими иглами так и стремившийся забраться под одежду, оцарать незащищенное лицо и застрять, наконец, в волосах.
Как же она ненавидела подобные миры!
Радует лишь, что на этот раз работа обещает быть вполне интересной и даже несколько нетривиальной, насколько вообще нетривиальны абсолютно дикие племена, поклонявшиеся Силе как некоему божеству. И это не где-то там в Неизведанных регионах у раката на куличиках, а всего лишь в пространстве хаттов, почти под самым носом у подохших джедаев.
Забавно, конечно.
- Свободен. - Единственное, что  слышит незадачливый проводник, явно рассчитывавший на дополнительное вознаграждение от "госпожи", непринужденно спрыгнувшей на раскаленной за день песок. Дальше дорога лежала через небольшой каньон, в котором и обитало, по слухам, это самое племя тви'леков, грабившее проходящие мимо караваны.
Как ни посмотри, больше напоминает страшилку для детишек. Весьма глупых, к тому же.
Их счастье, если племя там все-таки есть, не говоря уже об одаренных.
- Я непонятно выражаюсь?
Чужая меркантильная настойчивость, плохо прикрытая "заботой" о её безопасности, начинает раздражать даже больше, чем колючий ветер, бросавший прогоршни песка прямо в глаза, а потому Баррисс лишь поджимает губы, но все же бросает вонючему татуинцу пару кредиток.
Пусть подавится. Империя щедра даже с таким отребьем. Естественно до тех пор, пока оно полезно.

***

Найти "затерянное" в пустыне поселение задача несложная, если твоими глазами является Сила.
Никем не замеченная она устраивается на вершине скалы, под прикрытием естественной пещеры, наблюдая за непримечательным существованием разодетых в одинаковые тряпки мужчин и женщин гуманоидного типа, или попросту тви'леков, отличавшиеся от своих рилотских сородичей разве что цветом кожи (преимущественно оттенки коричневого) и более тщедушным, как ей кажется, телосложением. Хотя, возможно, все дело в изнурительном климате пустыни, откладывавшим отпечаток на всех обитателей Татуина в той или иной степени.

Какое-то время Инквизитор просто выжидает, думает. Анализирует.
Действовать же начинает лишь с наступлением сумерек, ощущая слабые вибрации в Силе, которые исходят от кого-то из местных обитателей.
Чтож, а это уже интересно. Донесение оказалось верным.

Пробраться незаметно к символической калитке, без труда отведя внимание нескольким часовым,  почти как вечерняя тренировка, которую Баррисс старается выполнять максимально изящно и быстро. Опять же, для себя.
А потом оказывается среди что-то бурно обсуждающих поселенцев, с легким удивлением прислушиваясь к  Силе, что указывает на старую тви'лечку, прожившую, должно быть, не один десяток лет и довольно близко уже подошедшую к грани.

Да вы шутите? И всё?
Она проделала такой пусть ради этого? Ради умирающей старухи?
Ах, ну да, были еще жалобы на грабежи караванов.
Разочарование быстро уступает место тлеющей ненависти.
И вот ради этого?...
Два алых клинка вспыхивают почти одновременно, забирая жизни мужчины и женщины, стоявших поблизости.
А дальше...
В первые минуты никто ничего не понимает, лишь ошарашенно переводят взгляды с неё на откатившиеся головы с длинными головными отростками. Туда - обратно. И снова.
Гробовая тишина сменяется паническими криками и неподдельным ужасом, который Баррисс ощущает приятным покалыванием на кончиках пальцев, с усмешкой подавляя нехитрую защиту обитателей поселения, слыша повсюду...
"Демон"
И подходит к старухе, скрещивая клинки у той на дряхлой шее. Пару секунд наслаждается суеверным страхом в мутных глазах, игнорируя причитания на ломанном общегале, и  слегка сводит кисти рук, наблюдая как легко мечи проходят сквозь живую плоть.
Не спеша.
Отделяя сантиметр за сантиметром.
Впрочем, внезапное волнение в Силе заставляют её быстро закончить начатое и обернуться в удивлении.
Кажется, здесь вовсе не один одаренный.

+6

4

https://i.imgur.com/wqkTfMW.gif

В первый день они пришли, всех с собою унесли.
В день второй они напали и кого-то пожевали.
В третий день, явившись в гости, доглодали наши кости.
В день четвёртый мы их ждали и от страха умирали.
В пятый день к нам заглянули и девчонку умыкнули.

Демон.
О котором Мудрая предупредить не успевает даже любимого сына-внука. И о котором так ясно кричат женщины, врассыпную отбегая от бюрюзовой головы своей шаманки и безвольного тела. Как и других, кто умер секундой раньше. Мужчины, однако, не теряются. Даже при том, что в деревне их в меньшинстве - мальчишек, зачастую, относили духам холмов, потому как для рода сгодятся и пятеро, без излишек - они плотно столпились перед гостями.
Гостьей.

Демоном.

И если у того, прошлого, кого они помнят, клинок-плеть светился ясным голубым, то это расеивает багрянец. Как кровь.

... И Песня другая. Та. Последняя. Горькая, терпкая, злая, бурлящая в крови, обжигающая.
Страшная и красивая.
Не покойная. Не умиротворяющая.

Ашиэ стоит за околицей, но видела она всё. От начала до конца и ни разу не посмела отвернуться. Поныне тоже - прямо на невысокую, точёную фигуру. То на клинки.
Багряные.

Вопреки, бежать прочь вовсе не хочется. Почему-то - идти вперёд.

— Ночь пришла, дитя. И уже не убежать. Иди ей навстречу, Ашии и никогда не бойся.

Никогда не бойся.
Никогда.

— Ши-и-и!! — раздирая криком горло, зовёт мать по ту сторону. Глупая, испуганная, не понимавшая, что могла бы спасти молчанием. И бросается наперерез, к дочке. Вот только Ашиэ до сих пор на месте. И что будет, что произойдёт в следующий момент она знает, знает точно.

Багрянец.

—  Убирайтесь! — другой голос. Зычный, громовой. Иссэ - высокого, выше прочих, дородного, но не рыхлого. Сильного. Его и мужчин, кто взял в руки электрокопья. Мужам положено защищать свою семью и Иссэ не боится. Шиэ ведомо - он никого не боится. И никого никогда не жалеет.

Почему так охотно желается, чтобы и его сейчас не пожалели?
..Как...
Как..

Как не пожалеют маму.

В день шестой девчонки крик прямо в душу нам проник.
В день седьмой ей через рот рвотой вспучили живот.
В день восьмой тварье игралось, над девчонкой издевалось.
В день девятый девка злобно стала жрать себе подобных.
Вот она пирует сладко и готовится стать маткой. ©


[icon]https://i.imgur.com/4Crb6Ev.png[/icon][nick]Ashi'e[/nick][status]песчаная буря[/status][sign]---[/sign][prof]Шиэ. Дитя клана Кхуан. Среди песков моя семья.
Была.[/prof]

+5

5

Когда Грандинквизитор внезапно кидает ей датапад с деталями новой миссии, Баррисс всерьез задумывается о том с каким удовольствием бы прирезала эту лицемерную тварь из бывших стражей Храма, что смотрит на нее откровенно презрительно и словно бы выжидает чего-то, скрестив на груди длинные и тонкие, как у мириальского паука, руки.
Например, когда она опустит, наконец, взгляд на тусклый экран, прочитав несколько сухих строчек с целью и местом назначения, на мгновение вспыхнув в Силе ослепляющей ненавистью...
Чтобы спокойно отдать датапад обратно.
- Все понятно.
И разворачиваясь уходит, думая лишь о том, что где-то допустила ошибку. В чем-то  не оправдала возложенные ожидания (Вейдера? Палпатина?), раз в качестве задания ей дают... такое.
Это почти обидно.

***
Но теперь Баррисс так не считает. Зачистка скучной деревеньки тви'леков оборачивается вполне себе неожиданным поворотом - в четырехстах метрах от инквизитора, за сломанной калиткой, замерла девочка не старше двенадцати лет, что даже не думает  сводить внимательного (завороженного?) взгляда от парных клинков, успевших чуть ранее лишить жизни её же собственных сородичей.
Девочка, в которой она ощущает живое биение Силы, без всех этих идиотских тестов на мидихлорианы, прекрасно зная о достаточно хорошем потенциале, который однажды может стать неприятным сюрпризом, если все оставить так, как есть.
Разве она когда-нибудь оставляла за собой хоть что-то?
Отчаянный крик и явственно тянущаяся нить безошибочно указывают на мать, в безумном страхе кинувшейся к своему ребенку, той самой девочке, слишком спокойно наблюдавшей за происходящим едва ли не с самого начала операции. Баррисс даже ловит её взгляд, с некоторым удивлением понимая, что в  нем нет ни грамма страха или отчаяния, лишь четкое понимание происходящего.
И будущего, которого не избежать.
Когда один из клинков просто сносит голову женщине, оставляя идеально ровную линию среза, мириаланка просто переступает через нее, по-прежнему не ощущая в маленьком наблюдателе ни единой эмоции, ожидаемой в таких ситуациях.
Горе? Непонимание? Боль?
Когда-то это что-то значило, теперь же, столько раз причиненное собственными руками, подобное не более, чем пустые слова и вибрации в Силе.
...которых нет
А затем Баррисс приходится отвлечься на мужчин, отчаянно пытавшихся достать её электрокопьями с трех сторон. Смелый поступок, но глупый, потому что  в поединке с обученным силочувствительным выстоять может только другой силочувствительный, или же искусный боец, которых и раньше то было мало. Один такой, например, подох на Дронгаре во времена Войн клонов, когда сепаратисты устроили внезапную атаку на лагерь.
Очень глупо подох, к слову, не желая мириться с тем, что его шкуру спасла  тогда еще девчонка-целитель из джедаев, которых он ненавидел и презирал каждой клеточкой своего тела.
Сейчас это не может вызвать ничего кроме стыда за собственную никчемность, ведь она и правда сильно переживала. Все пыталась понять почему да как...
Кто-то еще сомневается в клинической бесполезности джедаизма?
Первый мужчина-тви'лек падает ей под ноги, разрубленный почти пополам быстрым ударом снизу вверх из переката. Второй же отступает на шаг и тут же падает на колени, прижимая к груди отрубленную культяпку вместо совсем недавно целой руки с копьем. И почти тут же лишается головы, не успев даже открыть рот.
Кажется, это просто бесконечный танец смерти.
Там, где меньше секунды назад была она сама, теперь лишь пустота и ослепительный росчерк алого.
Один за другим защитники деревни нападают, что-то кричат, сражаются отчаянно, но бесполезно. Баррисс даже немного уважает такой глупый героизм, он, во всяком случае, куда лучше трусости.
А потому последнего и самого мощного тви'лека она лишает жизни очень быстро и почти безболезненно.
Просто вместо сердца сквозная выжженная дыра.
- Понравилось зрелище?
Баррисс не оборачивается. Это и не нужно, ощущая пристальный взгляд за спиной.
- И тебе их совсем не жаль?
Где-то там, в жалких домишках еще остались выжившие. В основном женщины и дети.
Многие не старше ее собеседницы.

+6

6

https://i.imgur.com/meuY74X.gif

Как же иной раз дети ненавидят взрослых за их власть. Как же ненавидят! ©

Ашии не перестаёт смотреть. Даже сейчас, когда должна. Мамина голова рядом с околицей и, как хвосты змей - части лекку в стороне. Как-то нелепо даже, в разные стороны указывают кончиками.
И туша Иссэ. Тяжёлая, потная.

По спине пробегает ток и песня становится отчётливее, сильнее. Ашии никто никогда не объяснял, что такое ненависть. Но она вот - багряным забирает жизнь того, кто тенью нависал над тобой. Кто бил кнутом своих жён и маму. Кто любил когда в его шатре кричат и выходят в синяках молодые невесты - не только его, но и чужие. Потому что вожак первым должен брать всех женщин.

Ши проходит за забор. Медлено ступая по рыхлому песку, но не обжигая босые ступни. Кровь, попадающая на пятки не вызывает должного омерзения. Опустившись рядом с головой матери, Ашиэ, мягким движением ладошки, опускает той веки.

— Она больше не будет бояться, — серьёзно, как могут только дети. Взгляд девочки упал на Иссэ. Отвечать на вопрос незнакомки с багрянцем не спешит. Она слушает. И слышит.

Так, наверное, поют духи Холмов.
Старая Мудрая говорила, что у тех чудесные голоса, но узнать их можно лишь перед смертью. Интересно - она получила даром Песню, старая Шаури?

— Его не жалко. Их не жалко. Они всегда молчали. Шаури - она бы ушла в Пустыню, к духам, потому что её одолевала немощь и срок подходил. Мама... Мама больше не боится.

Поднялась с колен, наконец, вскидывая глаза на женщину. Зелёная кожа. Как у другой. Но та не пела. Не умела, как многие.

— Я... Тоже смогу петь?

Ей так хочется. Потому что тогда она будет сильной. Настолько, что никто и никогда не сможет сделать больно. Ни ей, ни другим. Так надо. Так правильно.

[icon]https://i.imgur.com/4Crb6Ev.png[/icon][nick]Ashi'e[/nick][status]песчаная буря[/status][sign]---[/sign][prof]Шиэ. Дитя клана Кхуан. Среди песков моя семья.
Была.[/prof]

+5

7

Если бы у кого-то хватило мозгов спросить нравится ли Баррисс ее работа в Инквизитории, то смельчака... Нет, не нашли бы покрошенным на идеально ровные куски, аккуратно сложенные в пакет для утилизации твердых бытовых отходов. Даже руки и ноги, скорее всего, были бы при нем, а перспектива провести остаток жизни на рудниках не висела бы над головой световым мечом. Просто потому что несмотря на все пугающие слухи и перессуды, верные псы Империи отнюдь не лишены здравого смысла (в большинстве своем), а главное прекрасно помнили, что любое их действие должно быть направлено исключительно на благо государства. А значит и бессмысленная жестокость лишь вредит статусу пусть и железной, но справедливой власти. 
И даже зачистка в небольшой деревеньки на Татуине ничто иное, как длань Императора, карающего тех, кто посмел нарушить законы, не говоря уже про сокрытие чувствительных к Силе. По факту, самое большое преступление. А потому Баррисс вовсе не ощущает ничего иного, кроме удовлетворения от шаг за шагом выполняемой работы, приятным дополнением к которой идёт энергия Темной стороны, наполняющая все ее тело, делающая движения ещё более стремительными и смертоносными. Пластика смерти, чтобы там ни говорили джедаи. 
- Не будет, - подтверждает инквизитор, деактивируя клинки. Пока что они ни к чему. - Она получила свободу.
Баррисс и не думает утешать или нести слезливую чушь, вряд ли это вообще уместно слышать от того, кто только что убил твоих родных. Однако изначальную цель - уничтожить всех чувствительных к Силе в деревне - она временно меняет на выжидательную позицию. Девчонка интересна хотя бы тем, что говорит спокойно, а не плачет над телом погибшей матери, да и особого сожаления Баррисс в ней не ощущает. Во всяком случае, какого можно было ожидать. 
А затем девочка задаёт вопрос, смысл которого мириаланка понимает тотчас же, несмотря на странность формулировки. Что-то там про песни. Видимо, варвары именно так называли Силу. Что же, не самое плохое сравнение.
- Возможно. - Женщина отвечает не сразу, какое-то время просто рассматривая свою юную собеседницу, заодно прикидывая шансы той пережить жернова Инквизитория, ведь совсем не хочется возиться с той, что сломается уже спустя неделю. Впрочем, если она продолжит держаться точно также, как сейчас, то в будущем Империя заполучит  ещё одного верного, а главного талантливого пса.
Почему бы и нет.
- Как тебя зовут? 
Баррисс слегка склоняет голову, принимая окончательное решение. Сейчас все и произойдет.
- Если ты и правда хочешь... Хм, "петь", то тогда докажи, что достойна. Пойдем.
Она больше не оборачивается, направляясь вперед туда, где в одном из перекошенных домишек спрятались оставшиеся в живых поселенцы. Не последние, нет.
Баррисс знает -  а Сила вторит ей - девочка следует шаг за шагом, практически не отставая.
- Ты ведь понимаешь что нужно сделать?
Когда пыльный полог опускается за их спинами инквизитор видит нескольких женщин, испуганно прижимавших к себе детей. Что-то кричавших, плакавших. И безумно боявшихся.
- Возьми.
Нет, конечно же, не световой меч. Всего лишь вибронож.
Будет немного обидно, если девчонка попытается всадить его в нее саму.

+4

8

Шаги даются легко, будто идёт не по следам убийцы семьи, а кого то, кого Ашии давно ждала.

Настоящей семьи.

— Ши, — срезает, привычно. Вряд ли это действительно важно. Но важно это — когда в ладошку ложится тёплая-холодная рукоять. Вибронож — Ашии угадывает, такие есть в племени. Были у Иссэ. Но старые, с рыжиной ржавчины, а этот такой… такой живой. Такой тяжелый. Не для свежевания туш. Для других нужд, для.
Для Испытания.

Конечно, можно напасть на поющего… демона? Отомстить. И та, кто поёт, сделает так, что Ашии тоже никогда не будет бояться. Как мама.
Однако это глупо, стать добычей духов пустыни, когда можешь, напротив, стать сильной. Самой петь.

Быть демоном.

А для этого нужна такая малость. Подарить покой тем, кто никогда не будет счастлив. Они всегда будут бояться. Они всегда будут слушать сильных и жестоких - Эйна, Шари, Намо. Жены Иссэ. И его дети, его семя, его продолжение.
Продолжение.

Вибронож, этот, активировать так легко, даже не нужно прилагать особых усилий. Первая женщина - Намо, широко открывает глаза и, собирается, рот. Чтобы закричать, но Ашии быстрее, а ещё скорее - её руки. Однако когда чужое горло вскрыто, кричать начинают другие и дети. Младенцы. Того, который на руках Шари, заставить молчать, просто, но по-звериному крепкий хват за лекку вынуждает, на мгновение, отступить от обезумевшей сестры. Чтобы, спустя пять ударов сердца, выключить страх и безумие, которые так глушат Песню. Третья уже вскочила на ноги, но даже с тяжелой оглоблей в руках ей не угадать движение Ашии. Ашии слушает Песню. И знает - за ней следит поющая багрянцем.
Последняя дань свободе - последняя нить Иссэ. Этому бирюзовому комку Мудрая не успела дать имя. Должны духи, но так, так даже хорошо. Он, ничейный, станет духом Пустыни. Он, отныне - вот - стал свободным. Сильным.
Он будет петь голосом ветра и пылевых бурь, шуршать песком и плутать чужаков.

Ашии опускает ладошку, с зажатым в ней клинком, к земле. К земле, твёрдой, протоптанной, падают тяжёлые капли крови.
Всё.

— Они свободны, — доверчиво, убежденно, как могут быть убеждены только дети.

[icon]https://i.imgur.com/4Crb6Ev.png[/icon][nick]Ashi'e[/nick][status]песчаная буря[/status][sign]---[/sign][prof]Шиэ. Дитя клана Кхуан. Среди песков моя семья.
Была.[/prof]

+4

9

На самом деле имя девчонки не столь важно. Если переживет хотя бы первый месяц, то ей попросту дадут кличку/псевдоним, что-то из не слишком привлекательной живности, типа "вомпы" (каждый раз Баррисс с откровенным весельем думает о том, насколько же точно подмечена суть хм... братьев и сестер по Инквизиторию), или же "гизки" (стерва и правда скачет как самая настоящая гизка, когда ей очень припрет) а потом, быть может, даже присвоят номер...  Если хорошо себя покажет, отринет без колебаний (или почти "без") ложную рабскую мораль.
Как Первая сестра, некогда просто падаван Баррисс Оффи, у которой, впрочем, клички нет вовсе. И кажется, это еще один повод почему её так ненавидят в родных [больных] корусантских стенах. Пожалуй, лишь немногим меньше, чем некогда Феруса Олина и вовсе не обзаведшегося не только лже-именем, но и номером.
Горе-инквизитор
Позор

А вот у Ши, или как она там себя назвала, вполне есть шансы пережить не только первый месяц. Быть может, даже год-другой протянет, судя по тому с каким упорством она шагает к своим будущим жертвам. Любо-дорого смотреть.
Баррисс отступает ко входу в шатер на случай, если кто-то из варваров решит попытаться улизнуть - девчонка при всей своей не по годам проявляемой серьезности слишком сосредоточена на том кто находится перед ней, упуская из внимания возможную опасность позади. Впрочем, избавиться от подобной фатальной ошибки ее заставят очень быстро, а пока что инквизитор не против немного подыграть, благо смотреть здесь действительно есть на что.
Женщина не успевает даже вскрикнуть, настолько точен и быстр вибронож в руках Ши. Да, это не световой меч, моментально прижигающий любую рану, и подтеки крови на грязной полотняной стене выглядят своеобразным орнаментом. Но что важнее - Баррисс ощущает как крепнет связь девчонки с Силой, которая, казалось, сейчас управляла не только ее рукой, но и всем телом, заставляя уворачиваться от отчаянных и безумных попыток защитить и защититься, что  весьма и весьма удивительно для необученного ребенка.
Да, отчасти спонтанное проявление, однако...
Инквизитор одобрительно хмыкает, когда острое лезвие прерывает жизнь пищащего комка тряпок в руках другой женщины, окончательно обезумевшей от страха и горя. А значит самое опасное еще впереди.
В какой-то момент Ши предсказуемо пропускает захват,  поплатившись очевидно дикой болью в накрепко сжатом лекку - удивительно как вообще не оторвали с мясом. Короткая борьба, преодоление смятения в глазах и чувствах (определенно чужих)  - Баррисс подмечает каждый из оттенков, оценивая и сравнивая с уже виденным. Ощущает в раскрытом, словно древние книги, сознании непробиваемую уверенность в правильности происходящего.
Определенно, у нее есть потенциал. Если переживет сегодняшний день, ведь помогать более инквизитор не намерена.
Испытание, не так ли?
А затем с ухмылкой наблюдает как девчонка добивает последнюю жертву, почти ритуально занося вибронож над головой плачущего младенца.
Рука ее не дрогнула.
Сомнения не заставили опустить оружие.
Идеальная заготовка.

- Браво. -  Пара сухих хлопков разрывают накрывшую тишину. Баррисс слегка прищуривается, а затем подходит к Ши, легко поравнявшись с ней ростом. - Нет, это ты теперь свободна. От тирании собственного клана. От прозябания на этой помойке...
Правда не уточняет, что свобода будет недолгой. Ровно до того момента, как корабль не доставит их на Корусант. А дальше тяжелейшие тренировки и новые цепи, однако дарующие ту самую власть, которую та так жаждет (еще как жаждет).
- ...однако не тешь себя иллюзиями, это было лишь самое первое и легкое испытание. Надеюсь, в дальнейшем ты не меня не разочаруешь.
Баррисс опускает взгляд на сжатый в маленькой перепачканной ладошке такой массивный для нее вибронож. Кто-то чуть более сентиментальный сказал бы - картина пугающая своим жутким реализмом.
Мириаланка просто кивает.
- Твое первое оружие, которое, возможно, не раз еще спасет жизнь. А теперь следуй за мной, Ши.
И уже на выходе, ощущая дуновение подступающей ночи в пустыне, чуть оборачивается.
- Можешь называть меня Первой сестрой.

+3


Вы здесь » Star Wars: an Old Hope » Империя Палпатина и Новая Республика » The night will come (10.3 ДБЯ)