Star Wars: an Old Hope

Объявление

Приветствуем вас на ролевой игре, посвященной Star Wars!

2018-11-04. Внимание! Начинаем маневрирование, повторяю, ма-не-ври-ро-ва-ни-е!

.

1. Поучаствуйте в перекличке игроков.

2. Вашему вниманию предлагаются новый сюжетный квест для 34 ПБЯ и новый сюжетный квест для 1 ПБЯ. Записываемся, не стесняемся! :)

.

2018-05-11. Новости форума.

2018-04-16. Итак, мы наконец-то открыты! Некоторые статьи и детали сюжета будут доноситься в процессе :З Добро пожаловать!

2018-04-09. Новости форума.

2018-04-06. Отдельным постом выложено Краткое руководство по сюжетным эпизодам и взаимодействию с ГМ.

2018-04-03. Выложены ссылки на Карту Галактики и модель навигационного компьютера.

2018-03-20. Новости форума.

2018-02-28. В Кодексе выложены две важные статьи - о Хронологии в ДДГ и о Силе.

2018-02-20. С трагических новостей начала свое вещание ИнфоСтанция "Свободная Кореллия".

2018-02-12. Новости форума

Лучший эпизод

Aelara, Hero of Tython, Maylory Reinhardt - Миссия

Лучший пост

Chirrut Imwe - шесть часов вечера после войны [0 ПБЯ]

Пара недели

Hero of Tython Barsen'thor
Райли Дрэй Эзра Бриджер Гаразеб Лана Бенико Реван Зейн Керрик Сатин Крайз Инквизиторы лорда Вейдера Микал Сабин Врен Малавай Квинн НК-47 Асока Тано Элара Дорн
Hera Syndulla
Luke Skywalker
Leia Organa
Kit Fisto
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Каталог фэнтези сайтов и баннерообменная система Палантир LYL


STAR WARS: Medley STAR WARS: Decadence photoshop: 
       Renaissance Galaxy Far, Far Away ELECTRIC DREAMS Space Fiction

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars: an Old Hope » Империя Палпатина и Новая Республика » alight in the darkness [17 ДБЯ] (Закрыт)


alight in the darkness [17 ДБЯ] (Закрыт)

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Год: 17 ДБЯ

Место: Центр Империи

https://78.media.tumblr.com/a020a49db78f1484632c0ddf0361a961/tumblr_p3zqq4ODtn1wsplruo1_r1_540.gif
https://78.media.tumblr.com/757830f05ce0f3ae7ffcbfdf56fcf7c7/tumblr_p3zqq4ODtn1wsplruo2_r3_540.gif

[Ferus Olin /\ Darth Vader]

— Ты же знаешь, что он тебя травит? Заставляет злиться, исходить ядом,
...ненавидеть.
— Ты же знаешь, что он предатель, предатель куда хуже тебя, что он
...лжет.
— Ты же знаешь, что он садист, негодяй, что он всех твоих близких
...убил.
— Ты же знаешь, что лжешь, напраслину возводишь и тебе противно, но
...ради благого дела.


— Ты знаешь.
— Он знает.

Вот и ладушки.

[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]

Отредактировано Anakin Skywalker (2018-06-23 00:21:35)

+4

2

Корабль Ферус оставляет на специальной площадке, официально  предназначенной для служебного транспорта высокопоставленных служащих, на деле же вмещающей с десяток небольших, но быстрых судов тех, кого называли Инквизиторами.
Цепными псами двух ситхов, устроивших свой порядок в галактике. Страшная в своей эффективности, безжалостная и практически идеально работающая система,  чей частью он теперь является, нацепив отвратительную робу инквизитора, один вид которой вселял ужас в мирных обывателей, не говоря уже о тех, кто пытался скрывать от пристального ока Империи одаренных в Силе детей, коих оказалось не так уж и мало, судя по тщательно составленным спискам. Именно в этом и заключалась одна из основных задач бывших джедаев, переметнувшихся на сторону победителей в момент, когда был отдан Приказ 66, предавшихся Тьме точно также, как и тот, кто носил теперь имя Дарт Вейдер.
Некогда просто Энакин Скайуокер.
Внутри него что-то до сих пор сжимается и кипит, отказывается верить в подобное. И пусть они никогда не были друзьями, скорее соперниками за звание "лучшего" (как странно и глупо теперь) падавана, представить будто закованное в сплошной доспех чудовище и есть тот самый талантливый мальчишка просто невозможно.
Знал ли Оби-ван?
Вспоминая сейчас слишком рано постаревшего некогда магистра, Ферус думает, что да. И вся эта секретность вокруг одаренного ребенка - Леи Органы - тоже каким-то образом связана с бесчисленными тайнами Кеноби, совсем не по-джедайски приводившими в форменное бешенство.
Что еще он "забыл" рассказать?
Что посчитал "неважным"?
Что предпочел утаить?
Перед глазами вновь спокойное лицо с очень грустными глазами, что не скрывает даже поганое качество голограммы. Жаль, связаться теперь не получается даже по секретному каналу. Оставалось лишь надеяться, что с Оби-Ваном все в порядке.
- Ферус Олин по личному приглашению Лорда Вейдера. - Никто и никогда не узнает каких усилий стоило ему просто произнести это. Просто вновь встретиться лицом к лицу с тем, кого знал совсем другим и кто...
Стал погибелью джедаев. Всей Республики.
- Можете проходить
Голос протокольного дроида кажется внезапно язвительным, хотя это, скорее всего, его собственное воображение. Ферус холодно кивает и идет в открывшийся коридор Инквизитория, гадая с какой целью Эн... то есть Вейдер вызвал его практически сразу после возвращения с Альдераана.
Убить и тем самым нарушить прямой указ своего хозяина он не посмеет. Тогда зачем?
Отомстить за провал?
Каждый шаг отдает гулким эхом, громче лишь шумит кровь в висках.
"Плохо, Ферус"
Показать, что недавнее открытие произвело на него столь сильное впечатление, значит порадовать ситха, который, несомненно, попытается сыграть на чужой слабости. Веселая перспектива, учитывая, что все должно было оказаться с точности до наоборот.
"Ты тоже считаешь попытку отыскать джедаев глупостью, Сири?"
Старые тренировки вкупе с Силой позволяют успокоить сердцебиение, а заодно слегка привести мысли в порядок.
Как же не вовремя.
Судьба Мунстрайк напрямую зависела теперь от того, как быстро он сможет осуществить оставшуюся часть плана, а заодно внушить лидерам систем, что длинные руки Империи до них не дотянутся.
Но вместо этого...
Толстые двери распахиваются, пропуская мужчину в просторную, но слишком пустую комнату. И хотя пока что он не видит Вейдера, гнетущее чувство, которое Ферус ощутил еще в тот момент, как вошел в здание, возросло до почти осязаемого состояния.
Концентрированная Тьма, можно даже сцеживать.
- Вы хотели меня видеть, Лорд Вейдер? Остались какие-то вопросы по отчету с Альдераана? -  И хотя голос его абсолютно ровен, сама постановка выглядит слегка издевательской, учитывая провал плана с подлогом. - Донесение о чувствительном к Силе ребенке не подтвердилось.
"И никогда не подтвердится"
Ферус ни взглядом, ни жестом не выдает своих истинных чувств. Не слушает нашептывающие голоса.
Лишь реагируя, нагревается, почти обжигает сквозь ткань голокрон в его кармане.

+2

3

Это было странно.
Он должен был злиться. Да что там, он практически постоянно находился в ярости. Особенно если при нем упоминали о джедаях, его к ним принадлежности, бывшей, разумеется бывшей. Или говорили о славном Оби-Ване Кеноби, что, будто последний трус, прячется где-то на задворках Галактики, не имея храбрости даже отстаивать свои убеждения выпрямившись во весь рост. И умереть, раз уж убить у него сил не хватает.
Это отдавало едкой горечью куда больше, чем пустой ненавистью. От чего лорд Дарт Вейдер злился только больше. Особенно слушая пустые рассуждения об Инквизитории, и, Повелителю виднее, но зачем последнее время так часто упоминать Баррисс Оффи? А уж посылать к ней… Особенно после его решения принять в эту организацию Феруса Олина.
Как напоминание, шепчет в голове голос Силы. Или Палпатина? Кажется, Вейдер начинает их путать.
Как издевательство, упрямо поправляет сам себя ситх и пытается кривить губы. Лицо до сих пор не слушается, только лишь больно. Впрочем, сейчас всё – больно. Дышать, говорить, ходить. Что уж говорить о попытках нормально ухмыляться, мелкой моторике и попытках жить хоть чуть-чуть не по расписанию? Впрочем, старик Кеноби был бы счастлив. В кои веки уже не его ученик ни на йоту не отступает от  продуманных решений.
Даже несмотря на извечно стылую ярость, боль, чисто физическую, вы не подумайте! – и какую-то совершенно детскую обиду. На мир, на мастера (не мастера, Вейдер, снова забыл), на жену и, несомненно, на Повелителя.
Это почти просто. А мелкие вспышки? Что ж, костюмов у него теперь не мало. Не жалко. Как и подвернувшихся под руку разумных. В конце концов, Повелитель утверждает всего лишь два списка, весьма коротких. Белый, где те, кого убивать в принципе нельзя.
И насмешливо синий, где имена «убить нельзя, пытать – пожалуйста».
Раздражает, что Ферус Олин – в обоих. В белом ведь по официальной версии, в синем по факту. Интересно, он понимает, что всего лишь служит элементом дрессировки, а? И потому его не слишком трогают, даже если – когда – он раз за разом проваливает элементарные миссии.
Недоучка.
Честно говоря, злит невероятно. Все эти невероятно светлые ханжи, которые не смогли ни победить, ни принять собственный проигрыш. Которые до сих пор скулят «так нельзя!» и пытаются читать нотации даже на последнем издыхании в компании пыточных дройдов. Ну, или просто его самого.
Дурацкие морафолаги.
Не умеющие принимать свою ответственность, бегущие от собственной вины. Ведь они никогда не виноваты, они же чувствуют Силу, а Сила не могла того хотеть! Уничтожения целого, чтоб их забрак забодал, Ордена таких святых джедаев.
Действительно, ведь эти несколько тысяч стоят настолько выше миллионов и миллиардов разумных, погрязших в войне. Как же Сила может быть за их спокойствие? За – хотя бы – их надежду жить спокойно?
И вообще, Сила – это всего лишь Сила и способности, вероятности и весь мир. Хватит обожествлять до нелепо доброго божества. Будь оно так – ваши детки бы не умирали. Будь оно так – рабства бы не было. Будь оно так, и Энакин Скайуокер бы стал тем, кого ему предрекали. А не хоронил свою мать, воя после от потери собственных жены и ребенка.
Которые, впрочем, тоже бы слушать не стали. Еще одна традиция «доброй» Силы.
Девчонка на Кесселе не может выдать ни одного внятного слова. Ферус Олин вновь провалился – настолько часто, что это даже вызывает подозрения. Впрочем, недоумения больше – и вот с этим он когда-то боролся за лидерство? Да было бы с кем. Ничего до конца толком не доводит.
А еще обидно до ярости. От того, что Повелитель держит этого гения рядом и не позволяет ни убрать с глаз долой, ни натаскать толком, ни нормально наказать за очередной провал. Как будто нарочно, и то, что это действительно – нарочно, заставляет едва ли не захлебываться собственным метафорическим ядом. И обидой, да.
Я так мало вам отдал, что не достоин уважения? Я столь хреново выполняю свою работу, что вы благоволите ему?
А приходится сжимать зубы и равнодушно склоняться на колени. И даже не думать о мести или попытках доказать, что все не так. Одному мастеру уже надоказывался. Еще бы его пару раз увидеть.
Первый, чтобы лишить всего, оставить только боль.
А потом скромно, тихо и даже без боли – убить.
Злость продолжала копиться, выливаясь на Кашиик, медицинское обслуживание, даже дикую зверушку Баррисс Оффи. Но потом, внезапно, смотря в одержимые глаза девчонки, которая за призрак убитого мастера готова была перегрызть себе лапы, ему – горло, и окончательно, до края бессмысленно предать былые свои принципы и веру мастера. Ведь даже не на благо Империи, мира или семьи, а просто чтобы отомстить.
Наверное, ее стоило там же и тогда же убить.
Только вот злобное чудовище у ног Императора в тот момент настигло что-то, очень похожее на брезгливую жалость. Которую, впрочем, практически тут же замаскировало желание поиграть со зверушкой, разумной-то неназываемую. Потому что цели нет, стремлений, даже собственной картины мира. Всего лишь желание отомстить кому угодно за призрак убитого учителя.
Глупо.
Все джедаи глупцы.
Только злится почему-то сейчас не выходит. Как будто вместо эйндшпиля все просто оказалось впустую. И да – ему надо соревноваться с не умеющим справляться правильно призраком прошлой своей глупости, и решать судьбу того, кто предал и отнял ученицу.
Впрочем, хотел же, чтобы Энакин Скайуокер был чужаком? Значит, и падаван не твой, Вейдер.
Сегодня ему хотелось просто понять, как сломать зверушку, отомстить за мертвого рыцаря и его еще более прочно погибшую ученицу. Как лучше, сломать? Запытать? Оставить? Или просто забыть?
И времени отчаянно мало. И приходится тратить его еще и на медицинский осмотр, бессмысленные лекции Императора и даже сон. Всего несколько часов в неделю, но как же, Сила, не хочется. Потому что – дурная Сила.
И все еще пугает сказками и кошмарами.
Хотя теперь иногда даже не будущим, а всего лишь прошлым. Вот, например, в последний раз ему снилась она.
И Вейдер даже честно отрабатывал мелкую моторику внезапно мирным способом, выжигая по дереву тонкий девичий портрет. Сносно получаться начало уже раз на седьмой, на тридцатый так и вовсе вышло приемлемо и похоже.
Забавно, протезы, особенно без перчаток, действительно способны на многое. А еще творчество навело на мысль, что один такой же принципиально убежденный ведь сдался. Пусть и поверить просто реально невероятно именно в его кардинальную смену парадигмы. Впрочем, один раз уже сумел?
И вызвать его внезапно просто – и так же обыденно напомнить себе, что уже не слишком рядовой рыцарь джедая. И не только в представлении СМИ, а по факту. Привыкайте, ваша рабская милость, лорд Вейдер.

О его приходе ситх узнает заранее. И можно списать на Силу, вот только зачем? Банально докладывает система безопасности, что совершил посадку тот-то и так-то.
И вот теперь есть смысл послушать ментальный фон, а не бессмысленно гипнотизировать деревяшку, как делал минут пятнадцать с момента последней тренировки с очередными бездарными инквизиторами.
Ферус Олин идет, и даже не царапает, что ему позволили оставить собственное имя. Потому что его дыхание почти попадает в такт работы его собственной ивл. И как он успокаивает, тоже, поэтапно, мирно.
Как будто воспоминание из прошлого.
Лицо Вейдера посещает тень усмешки. Работать с ним еще и… впрочем, неважно. Хочет усидеть сразу на всех стульях, в попытке отхватить кусок побольше да поспокойнее? Долго не проживет.
И Вейдер его с удовольствием убьет.
Потом. Как разрешат.
А пока… Пока надо использовать этого принципиального.

Подойти стремительно к окну, рассеянно подумав, что на Корусанте редко идет дождь. Фактически, самый долгий на его памяти был как раз после его вступления в Орден. Оби-Ван лирично полагал, что это небо оплакивает Квай-Гона, а тогда еще Энакин хотел погладить горе мастера по голове, укутать в одеяло и отнести к маме. Пусть она ему расскажет о том, что смерть – это навсегда. И что потом живут, но только ветром и песком. А это же вода! Жизнь!
Глупый был.
Как и все джедаи, да, слишком часто за сегодня он об этом думает.
А еще отметив, что опять ошибся. Нет больше никакого Корусанта, как и нет Храма, есть только Центр Империи и дворец Императора.
Ферус Олин входит. Говорит, как-то напоказ уверенно и четко, будто снова Сири Тачи отчитывается о косяках всей группы. И его, вроде как, абсолютно не смущает пустой на поверку зал.
Да впрочем, все они одаренные.
И уж друг друга (брат брата? – нет, никогда так!) ощущают просто почти автоматически.
Дарт Вейдер мысленно фыркает, складывает руки на груди – лишь слегка неловко – и рассматривает своего гостя.
Ферус Олин сосредоточен, кажется, чем-то недоволен и самая легкая тень насмешки. Впрочем, именно с ним никогда нельзя быть уверенным, вечно строит из себя самого лучшего и умелого.
Впрочем, он уже лет шесть как доказал, что это совершенно не так.
А еще он молод.
До абсурда молод, почти юн. Вейдер хмурится, задумываясь, а я такой же? Или он был младше? Погодки? Или старше? Не помню.
Хотя учились-то вместе. Впрочем, лорду Вейдеру года два от создания, а всё и все, кто был раньше – неважно.
Только вопрос срывается с губ быстрее, чем ситх успевает обдумать:
- Сколько тебе лет? – внезапно очень обидно понять, что совершенно забыл, сколько лет ему самому. Но тут же сделать вид, что все идет, как нужно. Пройти вперед, почти до Феруса, потом миновать и его, лишь едва склонив голову: следуй за мной – и зайти в маленькую комнату, где есть меньше даже, чем в основном кабинете. Куча датападов, низкий столик и бакта-камера.
- Садись, - вот так, как будто прошлого вопроса и вовсе не было. Впрочем, кресел тоже нет, даже стульев. Но ситха это не смущает, здесь все, как хотел он. И на пол Вейдер опускается тоже первым.
Неловко, слегка неуклюже, но, в общем, легко.
Вспоминает о чем говорил Ферус в своей четкой речи и чувствует злорадное удовлетворение. Дрессируйте меня, Император, а детишек на эксперименты вам ваши неучи не доставят. Я, впрочем, тоже. Не  потому, что Вейдер брезглив или внезапно воспылал любовью к разумным. Просто ему кажется, что куда честнее убить малышей, чем подвергать жутким экспериментам или растить из них врагов собственным родителям.
Еще убьют в бою, узнают – а потом попытаются Империю разломать.
Впрочем, внешне Вейдер лишь равнодушно недвижим и ждет. Говорить он хочет совсем не об этом.
Хотя отметить рвение и хитрость не мешает.
- Возможно, я поверю в твою сказку, - Вейдер отстраненно думает, что он сегодня какой-то слишком добрый. Закрывать глаза на чужие косяки? Он и джедаем так не особо умел. - Возможно, помогу Императору поверить в нее же, а не констатировать факт, что ты в очередной раз не сумел справиться с элементарным. Неважно, не для того здесь. Или уже готовился к мучительным пыткам?
В механическом голосе почти не слышно иронии. Даже как-то жаль. Впрочем, если и верил, то так тому и быть. В конце концов, кто Вейдер такой, чтобы отказываться от помощи в подпитке старательно выстраиваемой репутации?
- Знаешь, - внезапно мирно продолжает ситх. - Мне тут Повелитель подарил джедая. Теперь вот нужно решить, что с ней делать.
Да, Вейдер до сих пор не может называть Императора, как полагается. Повелителем, Императором, склонять перед ним колени и позволять играться с собой как вздумается. Лишь изредка огрызаясь в ответ.
Но Повелитель - это все равно не мастер, не Учитель. Впрочем, Дарт Вейдер не сомневается, что когда-нибудь сможет взять и эту вершину.
- То ли убить ее просто и безболезненно. То ли запытать до смерти. А может быть, убедить в правоте дела Империи. Только вот я пока не понимаю, как запутавшийся сектант может увидеть истину.
Спокойно, размеряно падают слова. Вейдер рассказывает медленно, тягуче. Кажется, ему нужно выговориться. А, возможно, он просто считает Феруса Олина не слишком умным, неспособным понять, что от него требуется без дополнительных пояснений.
Хотя, наверное, Дарт Вейдер больше сам себе объясняет, зачем позвал сюда эту лису с перебитыми лапами, удобную лишь чтобы учить неразумного щенка охоте и ненависти.
Вейдер спокойно достает небольшую деревянную камею. Как насмешку над самим видом искусства и вообще всем.

Дарра Тел-Танис.

Точеный профиль девушки из недавнего сна. Одна из многих, кого когда-то потерял смешной рыцарь, мечтающий быть лучше всех. Не ушедший из Ордена, из-за того прозванный бесчувственным. Потерявший по тому поводу лучшего друга – и вечного соперника.
А тебе она снится, Ферус Олин?
- Когда-то ты предал джедаев из-за нее. И даже не вернулся в прошедшую войну, хотя обещал быть, как только станешь нужен Ордену, - да, Оби-Ван много говорил со своим учеником о поступке Феруса. Вот только его Энакин хотел быть лишь лучше. И еще лучше, чтобы больше никогда не допустить.
- Впрочем, возможно, мудрое решение. Так ты хотя бы не видел смерть мастера, - или не видел на что они готовы, чтобы победить. Подделать свою смерть, Оби-Ван? Больше не получится. - Но это все равно не объясняет, почему ты здесь. Что заставило тебя поверить? Что заставило предать бывших собратьев еще один раз? Присоединиться к нам.
Или у тебя тоже были причины?
Впрочем, предатель раз, предатель навсегда. Да, самого Вейдера это тоже очень четко характеризует. Хотя, ситх с удовольствием убьет Феруса Олина, когда тот предаст в третий раз. Уже Империю.
- Тут ты даже меня обогнал. Я предал их лишь раз.
Но глобально. И пока Вейдер в здравом уме, он будет надеяться, что второго предательства не случится – Повелитель или Инквизиторы заметят.
И убьют его раньше.
Если, конечно, сумеют.
[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]

Отредактировано Anakin Skywalker (2018-06-23 00:05:26)

+2

4

А за окном сегодня льет дождь.
Струи воды стекают по широким, почти на всю стену окнам, делая лежащий  внизу Корусант неразборчивым серовато-блеклым пятном с цветными вкраплениями размытых брызг, отчего-то  движущихся и постоянно перемещающихся по странной траектории.
Справа-налево.
Вверх-вниз.
И снова.
Где-то там неподалеку от здания Сената (и тут же поправляет - бывшего Сената), ныне такого же сплошь фальшивого, как и сама Империя Палпатина, возвышается уродливый остов Храма, превращенного в ловушку для тех немногих, переживших чистку, и одновременно ужасающее, отвратительное кладбище. Тысячи мечей джедаев, тысячи сломанных и в идеальном состоянии клинков, за каждым из которых чья-то жизнь, чья-то история, оборвавшаяся по велению всего лишь одного человека.
Нет, Ситха.
Приказ 66.
С каким-то отстранением Ферус думает о том, что его собственным меч, скорее всего, давно бы "украшал" коллекцию Малорума, если бы не принятое некогда решение уйти из Ордена. Принятое сгоряча, кто бы спорил, но в тот момент он просто не мог иначе и, казалось, магистры все понимали, потому и не отговаривали. Просто предложили два варианта.
Бессмысленно скрывать - не проходило и дня, чтобы он не думал об этом. Не вспоминал лица учителей, товарищей и друзей.
Лицо погибшей по его вине Дарры.
- Двадцать шесть. - Ферус отвечает практически моментально, без единой запинки, словно всю жизнь ожидал подобного вопроса. Лишь слегка хмурится, не понимая какую игру на этот раз затеял Скайуокер.
Нет, Вейдер, который вдруг Дарт.
Вовсе не вспыльчивый мальчишка Энакин.
Сейчас уже некому говорить "я предупреждал". Не добивать же в самом деле Оби-Вана, которому итак далеко несладко. Тут даже джедаем быть не обязательно, достаточно просто взглянуть чуть внимательней.
"Он знал и не говорил тебе..."
Ферус отмахивается от навязчивого голоса в своей голове, испытывая непреодолимое желание сказать что-то едкое в ответ. Например, напомнить, что у ситха, кажется, проблемы с памятью, раз он забыл нечто такое, что в свое время выводило его из себя едва ли не больше, чем всеобщее признание соперника в Ордене или же социальное положение семьи Олин. Не говоря уже про решение Высшего Совета первым испытать именно Феруса, а не Энакина.
Сейчас это кажется какой-то несусветной глупостью. Впрочем, вспоминая себя падаваном, тем снобом и занудой, которым он в действительности был, Ферус отчаянно хочет провалиться под землю. Да вот только прошлого уже не изменишь, а ошибки, какими бы печальными они не были, являются необходимым опытом.
Во всяком случае, так считали джедаи.

Вейдер ненавидел его. Ненавидел и презирал - в этом не было никаких сомнений. И если в юности они были соперниками, пусть и недолюбливавшими друг друга, но при том хотя бы уважавшими, то теперь Ферус ощущает лишь брезгливость, смешанную с тлеющей яростью. Если бы не приказ Палпатина, ситх вне сомнений уже попытался бы убить его.
- Весьма... - Ферус проходит вслед за ним в небольшую и практически пустую комнату, за исключением столика, заваленного датападами и стоящей в отдалении бакта-камерой.  - ... аскетично.
Красноречиво и как бы между прочим пропуская "по-джедайски". Годы, проведенные на Белласе среди обычных людей, столь же далеких от философских вопросов Силы, как неймодианцы от понятия "честность", сделали его, как бы сказать...
Проще? Избавили от иллюзии собственной непогрешимости, наверное.
Впрочем, еще раньше это сделала смерть Дарры.
- Сказку? Инквизитор Гидра может подтвердить каждое мое слово...
Проклиная на чём свет стоит.
- Опрос населения Альдераана не дал никаких результатов. Проверка записей с камер также не выявила ничего необычного в зоне происшествия. Полагаю, если случай и имел место быть, то объяснения у него вполне тривиальны. Подробно я описал в отчете.
С удовольствием делая вид, будто не замечает прямой угрозы в словах и тоне ситха, Ферус садится напротив, помедлив лишь секунду. Вполне возможно, что сегодня он доведет Энакина до очередного приступа бешенства, ибо терпением тот  не отличался и в лучшие свои годы.
Сказать по правде, какая-то часть его даже желает подобного исхода, пусть и сомневаться в собственном проигрыше не приходится. Он не готов. Пока не готов.
Избранный, чтоб его...
- Если бы ты мог, то давно бы уже сделал это. - Сухо и как-то совсем знакомо. - Однако мои неудачи в действительности лишь закономерные результаты расследований. Не больше и не меньше. С каких пор справедливая Империя наказывает за честно проделанную работу?
"Что скажешь  на это?"
А потом Вейдер упоминает про джедая, которого подарил ему Палпатин, словно обычную детскую игрушку, с которой так и не решил как поступить.  Рассказывает почти небрежно, даже миролюбиво. Если бы не чудовищная суть...
Игрушку!
Ферус внутренне содрогается, понимая, что ни в коем случае не должен демонстрировать истинных чувств. Ясное дело,  упоминание о пленнике вовсе не случайно, жаль лишь имя он не называет. Кто-то из тех, кого они оба знают? Или нет?
- Очевидно, в некоторых случаях все-таки может. - А это уже очень похоже на оскорбление, причем обоюдное. Подумав Ферус добавляет с напускным равнодушием. - Нельзя разбрасываться ценными для Империи ресурсами.
Намеки Вейдера вполне прозрачны, однако реагировать на них, значит рисковать всей миссией. Всем тем, чего он уже успел добиться и что еще только сможет.
Нужно терпеть.

Ферус переводит взгляд на руки, обманчиво массивные в черных перчатках, которые очень осторожно держат что-то небольшое. Какой-то кулон или подвеску.
Камея
Точеный профиль девушки, сильно кого-то напоминающий.
Кажется, он когда-то даже видел...
Внезапная догадка приковывает его к дюракритовому полу.
"Яркая цветная лента, заплетенная в косичку падавана. Темно-рыжие волосы и такого же цвета глаза, в которых отчетливо заметны искорки смеха.
- Если ты еще раз скажешь "успокоились", я тебя покусаю, Ферус!
-  Можно немного, - он улыбается"

Со стороны ничего не меняется, лишь атмосфера в комнате становится словно бы напряженнее. Ферус какое-то время молча рассматривает камею в чужих руках, а затем задает один простой, но отчего-то важный вопрос, словно позабыв, что перед ним вовсе не Энакин Скайуокер.
- Откуда у тебя это?
Конечно, сейчас это бесмысленно, да и в смерти Дарры виноваты они оба, но все же...
В тот день что-то умерло в нем самом.
- Просто интересно.
Почти не слушая. А ситх, кажется, и не думает останавливаться, задавая вопросы один за другим. Какой ответ ожидая услышать?
- Я многое переосмыслил после ухода из Ордена.
Ферус отводит взгляд от камеи, прекрасно понимая к чему весь этот разговор. Обычная  попытка заставить признаться. 
Только вот на этот раз ты потерпишь неудачу, Энакин.
- Джедаи не могли никого спасти...
"Я не мог"
- Поэтому теперь я на стороне тех, кто может.
Кажется, его уже начинает мутить от собственных слов.
"Прости, Сири"

+2

5

[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]

А с этой стороны все выжжено,
Осталась одна зола,
Истлели письма и рукописи,
Руны на бересте...

А с этой стороны холодное небо
И воткнутая игла,
И божья коровка на зеркале
Между этим миром и тем.

Это должно быть страшно, когда весь мир сжимается до одного человека? Болезненное, сосредоточенное внимания, когда рядом может прогреметь гром, а под ноги ударить молния – но будет все равно, ведь это лишь белый шум и совершенно неважно.
Должно быть? Это попросту страшно.
Лорд Дарт Вейдер смотрит на одного из инквизиторов Империи. Энакин Скайуокер смотрит на Феруса Олина, такого же падавана, как и он. Такого же, чтобы все, джедая. Только это ведь неправда. Они не одинаковые, совсем. И даже еще до падения, нет, плохое слово. До становления ситхом были разные. Совершенно. Один не вынес своего несовершенства и не сумел справиться с последствиями их общей ошибки. Предпочел сбежать, спрятаться, не отвечать перед собой и всеми, кто знал каждого из них.
А другой стал рыцарем, мастером. С отчаянно болезненным страхом потерять. Людей, уважение, себя. Близких – особенно. Когда едва ли прошел год с тех пор, как… и он опять себя не послушал, оставшись лишь с бессмысленной местью и даже без слез стоя на коленях перед могилой матери.
Прекрасно зная, что даже той не останется буквально через пару месяцев. Или даже ближе – до первой песчаной бури. Пустыня жестока. Пустыня, она как жизнь. Всегда убивает, иногда лишь давая прожить чуть больше. Сделать чуть больше.
Кто-то ради собственной славы, а кто-то ради других.
Но после остается лишь могила. И лишь памятник из поступков определит, как быстро ее занесет беспощадными песками, а человека – твилекка, тогруту, даже хатта – забудут.
Дарт Вейдер слушал своего оппонента, как будто не слова, страстные, гордые, лживые. Но вода у той самой могилы, куда бы себя закопать уже. Но вот беда, самостоятельно отказываться от жизни – слабость, да и дел тут еще невпроворот.
И молчал, обдумывая. Торопиться уже некуда – Храм сгорел, джедаи и так полезут, как полез этот герой, и либо запачкаются, либо умрут. И их почти не жаль. Лишь совсем немного тянущей, брезгливой боли. Семьи больше нет, никакой. Ни мамы, ни джедаев, ни Падме с малышкой. Или малышом, вот почему Падме не захотела проверять пол ребенка?
И нужно, необходимо уничтожить все до конца. Потому что иначе слишком слаб. Потому что иначе все будет зря, потому что…
Просто Энакин Скайуокер должен был умереть год назад, или чуть больше. И жить ему незачем, и ни к чему его жизнелюбие, умение чувствовать и сострадать. И даже страдать.
Пусть остается пустая, бездушная Сила, которая послушна едкой патоке слов величайшего кукловода последнего тысячелетия. Пусть останется лишь механизм, дройд, один из тех, с которыми с детства возился и забавлялся малыш Эни.
Пускай. Так должно.
А что не получается? Получится. Рано или поздно, ведь он уже на пути. Лорд Дарт Вейдер, самонадеянно крещенный ситхом и самоуверенно решивший, что знает как лучше… ему остается только не отступать. Потому что иначе не останется ничего.
Совсем.
Дарт Вейдер смотрит на Феруса Олина. Молчит. И слушает его слова, даже не пытаясь перебить, как непременно поступил бы прошлый он. Но теперь же все иначе?
И пусть Ферус замолчал, болезненно всматриваясь в несчастную безделушку, уже некоторое время, отвечать Вейдер не спешит. Все продолжает слушать, прокручивая в голове слова такого самоуверенного мальчишки. Его жизнь еще не сломала.
Впрочем, значит, самое интересное еще впереди.
А самое главное, не перед кем тут изображать вежливость и вечно готового ко всему. Тот и так знает. Как готов, когда, и где. А вежливость? Ничего. Ферус Олин подождет. Сколько нужно, и ничего в ответ. Это даже не месть. Это слегка печальная констатация факта.
И – брезгливая.
Когда-то он был тебе равен. Когда-то он решил отступить и ушел, не спас ни своего мастера, ни своих друзей, и себя тоже не спасет. Никого, кто будет ему дорог, это Вейдер даже не полагает. Но просто знает. И хорошо, если всем повезет как Сири Тачи, которая просто и довольно легко погибла. А ведь некоторые из них будут жить, пока не потеряют все. Пока не потеряют самих себя.
Но почему-то злорадства от этих мыслей нет. Лишь безнадежная печаль и какое-то сочувствие. Совершенно абсурдное и ненужное, но ничего. Над этим поработаем потом.
Пока идет система отладки. Еще бы вспышек гнева избежать!
- Я лгать научился, - спокойно и задумчиво говорит, наконец. – А вот ты – нет.
Возможно, потому что почти выучился быть честным с самим собой. Вот потому и отмечай, что сидишь здесь, печально предаваясь воспоминаниям пополам с брезгливостью не потому, что так уж необходимо. Просто слишком давно никто не считал себя равным ситху. Не говорил, пусть и пытаясь оправдаться, с язвительностью и попытками – успешными, надо признать – задеть. Слишком давно к нему не относились как к человеку. Пусть и жуткому, чудовищному.
Но человеку.
А у Феруса Олина получается, хотя и так странно. Хотя и так странно снова играть в словесные догонялки и «я лучше тебя», ведь все уже и так ясно.
Все эти коварные планы, все чаяния и стремления, да. Император все же великий человек и гениальный м… дрессировщик, будем честны, раз уж обещались. Так просто и так быстро показать и доказать ему самому сколь много в нем еще того слабого мальчишки, того дурного идиота, что никак не мог перестать верить во всякую светлую чушь дурного и лживого мастера.
- Проявить бы принципиальность, добиться-то правды совсем несложно, - горько улыбаться мысленно самому, это что, признак шизофрении? Давно пора. – А можно поступить проще. Отправиться самому на Альдераан в поисках малыша. И если не найдется, то прошерстить семьи всех внезапно быстро сорвавшихся жить на иные планеты.
Пару секунд Вейдер действительно размышляет, а не поступить ли так? Впрочем, гораздо интереснее пока играть. А ребенок пусть живет дарованной жизнью.
Не жалко.
- Но скучно. Я и так знаю, что там найду. И ты знаешь, Ферус Олин, - спокойно заканчивает. – А про приказ тебя не трогать? Что ж, ты прав. Пока полезен, тебя не тронет никто. Даже Император. Но. Тебе бы следовало спросить, чем именно ты полезен.
Достать меч – дело секундное, даже меньше.
Алый клинок вспыхивает под насмешливое, мерное гудение.
Кровавые отблески на черном дюррастиле. Красные волны боли на человеческой коже.
А что, есть разница?
- Чтобы ты не думал, но дело вовсе не в твоих умениях и потенциале. Инквизиторий, по сути и для будущего, всего лишь пушечное мясо. Но, признаем честно, меня ты бесишь. Злишь и слишком четко подчеркиваешь мои недостатки.
Это даже забавно, когда невозможно частить, выражать интонацией или взглядом. Лишь опускать свою Силу, страшную и изуродованную уже столь во многом, не отпуская. Но не перегибать палку, честно, ведь никому не нужен безумец? Не сейчас.
- Знаешь, какой основной? – в правой руке камея. В левой спокойно лежит активированный сайбер. – Во мне слишком много еще того мальчика Энакина, что так стремился верить в свет, глупо искал твоей дружбы, пусть и быстро сменившись желанием просто впечатлить, и наивно мечтал о мире без рабства. Ну и стать рыцарем-джедаем, конечно.
Это легко. Почему-то гораздо легче, чем было в первый раз, когда корежило и болело. Когда хотелось просто, чтобы кто-нибудь избавил мир от него, чтобы больше не мучить и не мучиться.
Главное, не допускать мысли, что легче оттого, что трансформация идет не в нужную сторону.
Белый. Цвет спокойствия и равнодушия.
Забудь, что больно. Забудь, что злит. Забудь обо всем, кроме окружающего мира. Кроме Силы и ее желаний. Найди точку равновесия. Не отпускай.
Пусть больно, скорби. Плачь, и наплевать, что соль слез разъедает израненную кожу. Нет больше Падме, нет больше малыша, нет надежды.
Нет? Найди мастера. Опустись на колени.
Расскажи. Попроси прощения. И отпусти его вину – и свою.
Прими не только уроки Повелителя, но вспомни, о чем всегда говорил Учитель.

Зеленый. Цвет надежды и возрождения. Радости.
Изначально этот кристалл был именно таким. И даже в твоих руках не желал плакать кровью жертв. Дарил, чтобы его, надежду на искупление. И просто, что все еще будет.
Друзья, семья, мир.

Синий, яркий, насыщенный. Цвет мира. Защитника.
Цвет когда-то твоих глаз.
Когда есть надежда, так просто верить. Так просто слушать мир и дышать полной грудью, непременно обещая восстановить справедливость, не проходя мимо чужой беды и отказываясь признавать, что мир может быть недобрым, несправедливым и цинично жестоким.
Вспомнить улыбку жены, насмешливо-добрый взгляд мастера и вечное любопытство ученицы. Они же не ушли, они всегда с тобой. В сердце, в памяти.
В Силе.

- Ты просто помогаешь мне убивать самого себя. До конца.
Только все это глупости. И мир сам выбрал путь крови.
Ты просто решился пойти до конца. Вот только отчего-то не решаешься снова попытаться сделать сияние красным. Потом. Когда не будет так печально.
Когда не будет этой дурацкой, светлой грусти по ушедшим. По тем, кого не вернуть.
И надежды, что им хорошо.
Ведь ни разу не хорошо. Их или просто нет, или им плохо. И будет еще хуже.
Отключить клинок. Вернуть на пояс.
Посмотреть, с каким-то спокойствием отмечая, что…
- Я установлю камин, - это глупо, это дурость, но промолчать? Чтобы его, как и мастера его мастера, забрак забодал до смерти! Зачем тыкать в то, что и так очевидно. В конце концов, его слишком долго и слишком хорошо воспитывал Орден. – Чтобы не быть похожим на джедаев.
Прямо за его спиной, за тонкой, прочной стеной, возвышается Храм павших.
Скоро не будет давить так. Скоро не будет так манить вернуться.
- В конце концов, это будет милым дополнением к решению Императора превратить Храм Джедаев во дворец самого себя.
И не упоминать о приступе, вспышке ярости, в очередной раз разнесшей все на пути, когда Повелитель доверительно сообщил о решении. А потом удовлетворенно кивнул, огрев молнией в профилактических целях.
Они ведь больше не семья. Враги.
Потому и бить их следует больно. Даже его, Энакина Скайуокера, чтобы забыл. И Феруса Олина, чтобы осознал.
- Я сделал ее. Выжег и вырезал, - камея взлетает с раскрытой ладони. Останавливается возле этого «успешного» Инквизитора, слегка покачиваясь на простом ремешке. – Дарра мне снится иногда. Каждый, впрочем, из вас.
Это как-то даже иронично. Как-то слишком нелепо.
- Чтобы ты не думал, а ей смерти или зла вам тогда я не желал. И да, ты очень четко обрисовал мою позицию из разряда сочинений на тему «почему я хочу быть рыцарем», с вольной интерпретацией «почему я ситхом стал».
Кажется, целый год так долго не говорил. Так много.
Искренне.
Впрочем, не с меддройдами же? Или с Императором?
Неделя искренности объявляется открытой.
- Бери, если хочешь, - равнодушно, о камее. Внезапно заявить и столь же быстро вернуться к прошлому. – Но врешь ты и правда не очень. Особенно импровизацией, скажи на милость, кого можно спасти, оставаясь в стороне? Как ты.
А ведь кроме Дарры ты любил как минимум Сири Тачи. И Тру, кажется, тоже. Теперь ты, как и я, любишь лишь мертвецов.
- Впрочем, возможно ей подойдет. Спасибо за идею, думаю, Баррисс Оффи оценит.

Отредактировано Anakin Skywalker (2018-06-23 00:08:31)

+2

6

Казалось, время идёт вспять. Отсчитывает минуты, часы, года.
И снова...
Падаван Ферус не хочет, да и не может ничего больше слышать. Двойной агент Ферус желает лишь убраться отсюда подальше. В ситхову бездну, к сарлакку в пасть. Да хоть обратно в тюрьму!
Куда угодно, но...
Зал Высшего Совета словно соткан из потоков света, проникающих сквозь огромные панорамные окна, отражающие чистое лазурное небо Корусанта, не знавшего плохую погоду, кроме как запланированного очищающего ливня.
Но сегодня свет тускнеет, подчеркивая глубокие тени, залегшие в уголках упрямо сжатых губ Сири. Покрывает пепельной дымкой сгорбленную фигуру Соэры Энтаны, недвижно застывшей по левую сторону.
Растворяет в себе взгляды полные сочувствия.
Не упрека, нет.
Почему же он не заметил тогда?

На этот раз Ферус лишь мысленно отсчитывает до десяти, представляя как Сила очищает его разум от боли и гнева, залечивая раны и принося желанный покой, который он годами искал заново.
Думал даже, что нашел. В своем агентстве, в бесхитростной благодарности людей и дружбе с Роаном,  взбалмошным характером чем-то всегда напоминавшим юного Энакина Скайуокера.
"Я буду присматривать за тобой..."
А затем переводит уже абсолютно спокойный взгляд на Вейдера.
"Как глупо было думать, что получится"
- Не понимаю о чем ты говоришь
Даже признавая абсолютную правоту чужого утверждения. Лгать за все года он так и не научился, особенно себе.
Чего, кажется, совсем не скажешь о...
Механический голос не передает интонации, но Ферусу они и не нужны - все это заменяет Сила, с самого детства ластившаяся к Скайуокеру подобием степной лот-кошки. Избравшая лишь по одной ей видимой причине дикого мальчишку с Татуина.
А теперь изменилась и она. Вернее, чувства, которые наполняют в общем-то безликую энергию.
Ферус вовсе не хочет этого ощущать, хотя не воспользоваться шансом просто преступление.
- То есть запытать досмерти, лишь бы получить лживое и ничего не стоящее указание на несуществующую жертву? - Он иронично изгибает бровь. - И тем самым ополчить против Империи и без того не слишком жалующий [вас] нас Альдераан? Мне казалось, что раньше ты был лучшим тактиком.
Это опасная игра. Опасная потому, что Ферус не уверен ни в чем. Ни где заканчивался вспыльчивый, но талантливый Энакин, и начинался жестокий, не терпящий слабости даже в себе самом Дарт Вейдер.
Такой до странности откровенный сейчас. Пытающийся лишь выявить изъян в нем самом?
- Не мне указывать Вам, Лорд Вейдер, что делать и как. - Пожав плечами. Пусть летит, если хочет, до Леи он все равно не доберется. Уж Бейл Органа об этом позаботился.
А вот это, признаться, неожиданно. Алый клинок вспыхивает в нескольких сантиметрах от его лица, впрочем, серьезного намерения убить вопреки словам Ферус в нём не ощущает.
Пока что
Недвижимый и спокойный мужчина лишь склоняет голову чуть набок, словно рассматривая рукоять.
- Неплохой клинок. Идеальный баланс апертуры потока и более емкой батареи. - Он и сам не замечает как меняется голос, становясь словно чужим.- Тогда в Храме ты так и не признался, верно, Энакин? Несмотря на то, что учителей рядом не было.
Ферус ощущает обжигающий жар ненависти, при этом отчетливо, но словно издалека осознавая - это вовсе не его чувства. Не совсем его.
- Так почему? Боялся, что кто-то может услышать и тебя изгонят из Ордена?
Просто признайся. Просто скажи, что страшился показать своё истинное лицо.
- Это не открытие. Я всегда тебя бесил. С самого первого дня на Радноре. - Ферус равнодушно наблюдает за тем, как с легким гудением исчезает алый клинок. - А правда заключалось в том, что это не я подчеркивал твои недостатки, а ты сам, силясь скрыть их.
К чему весь этот разговор? К чему Сила кипит сейчас вокруг - настолько, что приходится закрываться.
- Да? И что же помешало тебе и дальше в него верить? Стать образцовым джедаем, когда никто больше не мешал на пути? - Голокрон в кармане, кажется, раскалился до состояния угля. Еще немного и прожжет не только ткань, но и живую кожу. - Совет в очередной раз не оценил стараний? Не выделил? Не похвалил? Из-за этого ты перешел на сторону ситха, вырезав... Сколько? Сотни? Тысячи? собственноручно.
А вот это, наверное, было уже лишним. Впрочем, Ферус ни капли не жалеет, сжимая в руке странно холодную и тяжелую для своего размера камею, с высеченным профилем погибшей подруги.
- Какая теперь разница. - Слишком быстро. Слишком колко. - Джедаев там больше нет.
Хватит, просто хватит произносить её имя.
Их имена
На последний вопрос Ферус не отвечает, предпочитая не трогать более скользкую тему. В конце концов, доля правды в его словах все же была - пережив истребление, он может сейчас делать хоть что-то будучи элементарно способным на это, в отличии от погибших братьев и сестер.
Уже делает, только Вейдеру об этом знать не нужно.
- Баррисс Оффи? - Автоматически повторяет вслед. Знакомое имя, когда-то он определенно его слышал.
И тут же вспоминает падавана Луминары Ундули, о которой очень хорошо отзывались учителя. Баррисс была младше их, да и в стенах Храма они редко пересекались, однако слухи о её талантах целителя ходили уже в те временам.
- Она жива? Но... как?
Надежда и одновременно страх охватывают Феруса. Надежда - потому что еще один джедай избежал гибели, а страх... Он просто слишком хорошо успел узнать, что делали со схваченными в Инквизитории.

+2

7

Вообрази себя диким. Вообрази себя свободным. Мысленно сделай глубокий вдох.
И открой глаза.
Нет чистого, ясного неба. Нет улыбок любимой и вечных подколок мастера и падавана. Нет спокойствия, и мира в душе тоже нет.
Есть только ты.
И твое отсутствие семьи.
Он хочет тебя разозлить? Он думает, что тебя разозлил? Неважно, есть лишь боль. И слишком много - почти море - ненужной светлой грусти. Не стоило экспериментировать с клинком. Не нужно было вновь играть с душой.
Если она, конечно, ещё осталась.
- Зачем пытать? - в своем сухом изумлении Вейдер абсолютно искренен. - Всего лишь прилететь. Послушать Силу. Пойти на ее поводу. Проверить медицинские записи. И снова послушать Силу. Я умею разгадывать загадки. Научился.
И больше не комментирует ситуацию, сказать то больше нечего. И некому. Альдераан, Империя, неизвестный малыш. Какая разница?
А ещё Вейдер думает, что Ферус в чем-то прав. Пора привыкать пытать, пусть и делал он это всего лишь раз в жизни. Чтобы спасти Асоку и... Будь она проклята, Баррисс Оффи. А с тех пор как-то именно пытать не пришлось. Только убивать, сжигать и резать в назидание.
Но пытать, физически?
Вот ещё один пункт, который следует исправить. Никто более не сможет, а Вейдер отлично понимает, что иногда лишь страх пыток способен побеждать. Надо привыкать. И пытать, что все знали, кто тут непревзойденный палач.
Кто-то когда-то должен был указать и на этот лакун, оставшийся от прошлой жизни. Искать, в первую очередь, мирные, эффективные, но не эффектные решения, способные приумножить и достичь цели, а не заставить бояться. Заставить понять, что лучше свои проблемы решать самостоятельно, но не искать защиты, заступничества и верных решений от светлых рыцарей Ордена джедая, у темных, но своих и надежных Императора и его ручного ситха. Да и на прочих облеченных властью мужей и жён не надеяться.
В конце концов, те всегда действуют лишь как им надо. Во славу ли своего кодекса и неведомых велений Силы, или ради мести, власти, могущества.
Все одно.
Пора взрослеть, мир. Пора переставать надеяться на надежных «взрослых» и принимать решения самостоятельно. Только вот те самые господа властьимущие все никак не отступятся.
Значит и их следует уничтожить.
- Джедаев больше нет, - эхом откликается Вейдер, глядя куда-то сквозь Феруса, за стены, за горизонт, на бывший Храм джедаев. – Забавно, когда-то он был оплотом ситхов, и джедаи точно так же оставили позади лишь пепел. А после – превратили в свою святыню. Вот уж воистину, все идет по кругу.
Ферус Олин говорил, говорил и говорил. Он взирал и взимал к ярости, тьме, к боли и прошедшим ошибкам. А Вейдер ощущал лишь горькой полынью и ядом полную пустоту. Ничего, кроме какой то отстраненной печали. Ничего, кроме желания поговорить.
Вот только с кем? Со старым врагом, заклятым другом, сбежавшим трусом и фиговым лжецом?
Почти.
С самим собой.
А Ферус для того слишком удобный способ.
- Я не знаю, - отвечает ситх просто и прямо на вопрос недоученного джедая, просто и легко. Честно.
- До сих пор не знаю. Энакин Скайуокер, когда-то, не знал настолько, что не спал неделями. Пока не пришел к магистру Йоде с тем, что, вот, я чинил меч, вот, забыл предупредить, не подумал, что это не очевидно. А когда сеч сломался вновь, Веллер пошел к другому за помощью, я видел, но не подошел. Не знаю, почему, потому что не ладили, потому что обидно, потому что единственный друг, а идет к противному зазнайке. Я не знаю, мне кажется, я специально, но я помню, что нет, ничего такого. Посмотрите. Накажите. Выгоните меня.
В этом нет тайны. Как нет тайны и в том, что после Оби-Ван читал ему лекции по поводу фатализма, судьбы и «ты ничего не мог поделать, на все воля Силы».
- Он посмотрел, хотя не хотел, я настоял. Проник в разум, долго вздыхал, напоследок выдал лишь свое коронное «быть тому должно так». Что не было в том корысти или тьмы, как не было и света или желания помочь. Просто глупость, просто юношеская дурость. Ничего более. Моя, твоя, Тру и самой Дарры.
Случайность.
Это почти не злит. Это почти не болит.
Ври себе дальше, Вейдер, быть может, когда-нибудь, и поверишь.
- Что у каждого свой путь, и каждый справляется, как может. Что мы оба с тобой оказались на опасной грани, только ты, Ферус Олин, от помощи отказался, даже отринул возможность таковой. А я так поступать не должен.
Это почти отболело.
Осталось лишь недоумение.
- Я зря ему поверил. У Учителя Учителей на все один ответ. Всегда. «Отпусти, забудь, так надо». Так было в тот раз, так было, когда в двенадцать я хотел уйти из Ордена. Так было и за два дня до начала активной фазы приказа шестьдесят шесть.
Вот ты и отпустил, забыл. Легче стало? Призраки все так же ходят.
- А Совет, мда. Ты все такой же смешной мальчишка. Конечно, не хвалили, не выделяли, не гладили по шерстке, разумеется. А еще едва не казнил моего падавана без всякой вины, заставил уйти, не возвращаясь, когда я доказал невиновность.
Энакин усмехается, щелкая, по-настоящему, легко щелкая по носу Феруса Олина Силой. Ему почти смешно, ему так забавно, что почти не хочется выть. И думать о том, сколько же еще оков ему досталось от прошлого, сколько предстоит перерубить.
Прежде чем забыть свое имя.
- А в итоге, Йода не сумел победить на мечах Палпатина и сбежал, бросил всех вас [нас] на произвол судьбы. Кеноби горестно завывая «Избранный!» искупал в лаве и тоже сбежал, не сумев ни добить, ни вытащить, оставив медленно умирать. А А… мой падаван погибла во время приказа шестьдесят шесть. Как и моя жена. Вместе с нашим ребенком.
Сухо. Четко. Невыразительно.
Когда же отболит?
- Я не хотел их убивать. Но убил, так было нужно, и все остальное должно умереть в муках. Или без, но без не бывает – да и Силы меньше. Умирал каждый раз с каждой смертью.
Почти хочется смеяться.
Почти хочется дышать.
- Знаешь, что самое противное? Они выжили, многие из них. Начальник стражи Храма, сдавший братьев за жизнь и карьеру – подойди, поздоровайся, он глава Инквизиторов. Баррисс Оффи, подложившая в тот Храм бомбу месяцами ранее. И десятки других, которым жизнь оказалась важнее. Своя, а не идеалы мертвого кодекса.
Слишком больно. Слишком мертво. Кажется, так умирают души, но на это тоже уже все равно. Хотя надо будет порадоваться. Когда-нибудь попозже.
Когда перестанет трясти от отвращения.
- Да, они выжили. Многие из нас, как и да, Энакин Скайуокер.
Как и Ферус Олин, магистр Йода, Оби-Ван Кеноби... слишком много. Слишком зря.
Куча работы впереди. Расстрельный список уже составлен.
Всех выживших.

[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]

+2

8

Отчасти Ферус до сих пор уверен - это лишь абсурдный сон, а быть может, его просто чем-то хорошенько приложили по голове во время их  очередного расследования на Белласе. В конце концов, мало что ли случалось подобного в прошлом? А значит и всё произошедшее (отматываем назад) - инквизиторский балахон, задание на Альдераане и черная громада ситха, который вдруг стал слишком походить на когда-то знакомого глупого мальчишку -  не более, чем бред его воспаленного сознания, подсовывающего смесь из знакомых образов и ночных кошмаров.
Потому что правдой это быть не может. Равно как и реальность оказаться настолько...
Неправильной
Ситх, который так мило беседует со своим врагом, даже не скрывая...
Он знает. Обманывает!
Даром, что некогда они и находились по одну сторону баррикад, ведь Темная сторона стирает хорошее в человеке, подменяя понятия и незаметно, капля за каплей, развращая до тех самых пор, пока всё вокруг не окрасится багровым, а черное с белым не поменяются местами уже окончательно.
Так с чего бы Энакину... Нет, Дарту Вейдеру открыто признаваться в своих слабостях, да и перед кем?
Очередная ловушка!
Неправильная реальность

Равно как и обжигающий уголек голокрона, который он незаметно сжимает в руке, почти наяву ощущая обугливающуюся кожу ладони, быстро покрывающуюся язвами-пузырями, только благодаря повышенному болевому порогу (чушь! Конечно же, упрямству) оставаясь все также недвижимым.
- И ты, конечно же послушался? - Ферус не узнает своего голоса, настолько зло и саркастично он звучит.  - Принял удобную версию и успокоился?
Забыл предупредить, ранкор его раздери!
Всё это давно в прошлом, всё это уже неважно и бессмысленно. Но что-то до сих пор не дает покоя, а значит ничего не изменилось и случившееся [одна смерть против сотен] тяготит...
Да, обоих
С каким-то непонятным удовлетворением он еще крепче сжимает кулак, зная, что острые грани теперь уже наверняка пропороли кожу и...
- Дарра ни в чем не виновата!
Срывается. Впервые за всё время.
А ведь она просто хотела защитить. Увидела неисправный меч, а затем и приближающегося врага. Всё моментально оценила, даже быстрее, чем он сам и...
...слишком поспешила сделать выбор. Глупая
Прохладный ветерок (откуда бы?) касается его щеки, разгоряченного лба  и наваждение моментально истаивает. Ферус в непонимании смотрит на раскрытые ладони, в одной из которых по-прежнему лежит камея, а вторая...
Совершенно невредима. Ни царапинки.
- У тебя был падаван? - Почему-то это звучит еще более фантастично, чем даже предмет разговора. Представить Скайуокера учителем... Да чему он вообще мог научить? - Я... Мне жаль.
Наверное.
Ферус не знает как реагировать на слова Вейдера. Кажется, он вообще перестал что-либо понимать, стоило переступить порог комнаты.
Но...
Сочувствовать врагу и убийце, по чьей вине погибло столько джедаев и просто невинных..? Или это можно назвать "ретроградным" сожалением? Сила Великая, ну и бред.
Ферус молча выслушивает отповедь, прекрасно понимая, что все сказанное правда. Возможно, правда однобокая, возможно неполная (вот теперь Оби-Вану не отвертеться от разговора), но Энакин не лжет.
Только что ему, давно отринувшему путь джедая, со всем этим делать?
"Конечно же использовать" подсказывает шёпот в сознании.
- Интересно.  Все кругом виновны в том какое решение ты принял. - Мужчина с вызовом скрещивает руки на груди. - Йода, что призывал принять случившееся и жить дальше. Магистр Кеноби, что слишком любил тебя. Твоя же...
А вот это точно неожиданно. Ферус едва удерживается, чтобы не закатить глаза. Хотя, бесспорно, новость полезная...
...была бы, если не последующее продолжение.
- Ты... их убил? Свою семью? - Нехорошее предчувствие поднимается одновременно с волнением в Силе.
Опасно
На все остальное Ферус не находит что сказать. Слишком откровенно, слишком много важной информации, чтобы он мог просто уйти сегодня отсюда.
И да... Верно.
Впрочем, к этому он тоже готов.

+2

9

Пока мы живы, можно всё исправить,
Всё осознать, р а с к а я т ь с я, простить.
Врагам не мстить, любимым не лукавить,
Д р у з е й, что оттолкнули, возвратить.

Они как будто поменялись местами. Ферус – стихия, бушующий океан, всегда бывший обманчиво спокойным, но теперь словно начался шторм. А Вейдер – ледяная пустыня на месте пепелища.
- Нет, - слово падает гранитным камнем, отрезая любые сомнения. Слишком тяжелое, слишком болезненное и искреннее. Выстраданное и невыносимое принятие. – Я тогда понял, что фигня, весь этот совет замшелых пней. Думал, дослужиться, все изменить. Дослужился, посидел неделю.
Горло царапает рвущийся смех, а ему хочется разодрать шлем и посмотреть своими – пусть и слепыми – глазами в чужие. Встречаясь взглядом с трусом и предателем, который отступил после первой же потери в своей жизни.
Слабак.
- Тогда я понял одно, Ферус Олин. Никто не сделает за меня того, что нужно. Никого не спасет, сбежит, пожмет плечами и будет жить дальше, а я…

Чертова необходимость дышать согласно аппарату. Когда-нибудь он привыкнет, но сейчас, при каждом волнении ритм сбивается, и приходится делать вынужденные паузы. Добрый доктор ехидно говорит, что так он звучит лишь страшнее и внушительнее.
Кому это нужно? Казаться, а не быть.

- ...знаю, что с этим необходимо, невозможно не…

Порядочно раздражает, а если признать честно, то просто доводит до ярости. И тьма, новая, верная, каким никогда не был свет, подруга, собирается за спиной, кладет подбородок на плечо и обнимает. Проникает ледяными ладонями под броню, проводит по искалеченной коже, сдирая ее до крови, до боли, как будто оказался там, снова. У эскулапов, которые согласно повелению Императора, практически не вводили обезболивающее, но все резали и резали.
Ни конца нет, ни края.

- …не бороться. Потому что остальным…

Он не будет задыхаться на глазах этого дурного негодяя, который показательно ушел. Всем видом показывая, я лучше, я святой, а вы все ничтожества. Не достойные, неважные, и мне плевать на все.
Какое он имеет право? Осуждать, оплакивать, яриться? И прицепился все к этой… Дарре, самоуверенной девчонке, которая думала, что все может. Которая даже не могла отвести выстрел Силой или отбросить врага, какая же маленькая неумелая личинка, чтоб ее, будущего джедая.
Самонадеянная, как все они.
Как и он тоже.
Н е н а в и ж у!

- …бесконечно плевать. Твоя, блядь, Дарра не виновата…

Почему так важно объяснить? Да плевать, совершенно неважно, но тьма прижимает нежнее, чем когда-либо жена. Держит крепче, чем мог мастер. Дает выплеснуть застарелую боль.
А Дарра? Что, Дарра, лишь один случай из множества. Совершенно точно такой же, как и все следующие и предыдущие.
Квай-Гон, Сири Тачи, Ади Галия, Эйла Секура.
Мейс Винду.
Он говорит о Дарре Тель-Танис, но думает обо всех них. Беспечный, ничтожных, невероятно бездарных и увязших в своем тысячелетнем болоте всевластия и показной мудрости.
Фальшивой, так же, как и они.

- …просто девчонка, глупая и маленькая. Которая верила…

Что, Дарра? Что, Ферус? Разве он ненавидит их? Разве презирает и уничтожает их пороки? Разве они вызывают его ярость? О, конечно же, да, у Вейдера нет другого ответа. Но они всего лишь отражение той смути и ереси, что когда-то была в Энакине Скайуокере.
Весь хваленный потенциал которого практически вырывается из-под контроля. Едва заметно вибрируют стены и глухо падают со столика датапады.
Ты когда-нибудь видел землетрясение, Фе-ру-с?

- …что может всех спасти. Ерунда. Никогда не могла…

А так ли он говорит обо всех них? Или просто лорд Дарт Вейдер предпочитает не замечать соболезнований об Асоке?
Да какое он имеет право?..

- …ничтожно слабая. Никому не нужная, а? Как быстро…

Но может быть, это все вопрос о семье? О, Сила, прости, Падме, малышке или малыше, обо всем, что могло бы быть, но не будет.
Это Оби-Ван виноват! – Сколько еще ты сможешь так себе лгать?
Никто, кроме тебя. Ты сам сделал так, чтобы она просто тебе не поверила.
И сам же свершил приговор.
Всем изменникам.
Всем.
Даже если мятежная – жена.

- …все они ее забыли? Ее мастер, твой, мой? Я не забыл, а ты…

В соседнем зале звонко поет прощальную песнь разбившееся панорамное окно. Даже не на осколки, их еще можно собрать. Сразу в пыль, чтобы так, чтобы до конца. Чтобы никогда больше.
Как мою жизнь. Как его.
Успокойся. Все ведь верно. Или как там говорил тот фигляр с ушами?
Нет Смерти – есть Сила Великая? Вот и посмотрим.

- …предпочел сбежать от нее и ее жертвы. Из ее дома, чтобы ничего не напоминало, а, Ферус? Ты позволил мне разрушить последнее, что от нее осталось. Кроме как твоей ничтожной жизни. Но ведь и ее мне принесли на блюдце с каемочкой?

И ничего. Ледяное спокойствие, лишь стихает бушующий на выстывшем пепелище ветер. Ничего уже не вернуть. Ничего уже и не стоит возвращать.

- Я, да. Убил. Она хотела меня, и ей бы позволил. Если бы сама – но она притащила Кеноби. И я просто свернул ей шею. Даже не помню – как. Но зачем Повелителю лгать?

Уже почти все равно. Только где-то внутри тоскливо воет мальчик, что так испугался при виде изломанного тела жены. Но так же упрямо верил, что еще ничего не кончено, что она жива, что все впереди.
Слабовольный дурак. Такой же, как этот отвратительный лгун.
И чего, собственно? Зачем?

- Так вот, запомни. Это мои решения. А твои Йоды-шмоды и прочие Бенички – они просто не хотели мешать. Впрочем, как и ты. Так что, вина – моя.

Под маской губы, кажется, все же сложились в леденящую душу усмешку.

- Я убийца и предатель. А вы просто – лживые лицемеры. Конечно, ни в чем не виновные. И – не нуждаюсь. В твоей жалости или прощении.

Это очень просто. Слишком, и понимает как Энакин, так и Вейдер. Вот прямо сейчас понимает, что остался совершенно один. И одна зверушка – жалкая – ждет на Кесселе. Другая, еще не сломанная и колючая, тут. Приручить, что ли? Или просто уничтожить.
Впрочем, Император, видимо, сам не прочь поразвлечься. Вейдер внезапно замечает, что тьма идет не от него одного. И даже не потому, что он настолько этого хочет.
Ферус? Не верю.
А присмотреться, прислушаться, обнять и даже как-то обуять Силу – не ужель и Тьма столь ветреная особа? – и понять. Как будто донесенный легким, неприятным и даже мерзким смехом образ простейшего голокрона.
Более всего удивляет, что обиды нет. Совсем. Только забавно, что все вот так вот. А Императору надо будет ответить. Чем-нибудь не менее милым. Вручить его игрушке, что ли, один из коллекции таких же джедайских?
- Даже решения принять не можешь, - фырканья нет, но оно отчетливо слышится в словах. – Так кто ты, предатель или просто трус?
Вейдер, впрочем, сомнений в этом вопросе не имеет.

Пока мы живы, можно оглянуться,
Увидеть путь, с которого сошли.
От страшных с н о в очнувшись, оттолкнуться
От пропасти, к которой подошли.

[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]

Отредактировано Anakin Skywalker (2018-06-23 00:20:22)

+2

10

Когда ты уверен в каждом прожитом дне, почти в каждом совершенном поступке, мир вокруг и правда выглядит куда лучше, чем есть на самом деле.
Чем можно было даже представить.
Когда тебе шестнадцать и мастера хвалят, ставя в пример другим падаванам - это приятно, это очень даже льстит, пусть в глубине души ты и знаешь, что подобная чушь вовсе не достойна настоящего джедая. А потому всем своим видом показываешь "меня не волнуют такие мелочи", посвящая все свободное и не очень время учебе и тренировкам. Не потому, что без этого бы не получилось - получилось бы, просто все выходит настолько легко и словно само по себе, что доставляет удовольствие от процесса, от новых знаний и умений, которые схватываешь "на лету", как любила говорить Сири.
Мастер Тачи...
Когда тебе девятнадцать и Совет прочит пройти испытание первым, это гордость и неуверенность одновременно. Потому что сколько бы удачных миссий не было за плечами, все равно есть вероятность где-то оступиться, что-то неправильно понять и подвергнуть опасности других. А еще этот мальчишка Скайуокер, который норовит выставить тебя трусом или идиотом перед остальной командой.
Перед ней...
Когда ты без пяти минут рыцарь-джедай, так глупо соглашаться на абсурдное состязание. Глупее только рассматривать цветную ленту, вплетенную в волосы, до которой все равно нельзя прикоснуться.
Потому что должен быть идеальным. Правильным.
[...]
Когда ты молод, все воспринимаешь совершенно иначе. Ты просто другой, не потрепанный годами и потерями, тем путем, что уже успел пройти.
Вейдер, кажется, спрашивал про возраст? Двадцать шесть?
А по ощущениям все сто двадцать шесть.
- И многих ты спас, Энакин? Всех кого хотел?
Слова выходят тяжелыми и словно бы неуклюжими, как и сама правда. Как и то, что чужая ненависть обжигает знакомым огнем беспомощной ярости и собственной почти святой убежденности - иного пути не было.
Не было?
Кто скажет? Нет, не Йода, он был все же слишком стар. А Йадль... Йадль ушла раньше.
Он опять говорит про Дарру, подразумевая и Сири, и Оби-Вана, и даже Тру - просто всех джедаев. А каждое слово хлесткая пощечина именно ему, Ферусу. Ведь падаван Скайуокер всегда был злопамятен, всегда отвечал ударом на удар. Лорд Вейдер ни чуть не милосерднее, куда там.
И Ферус уже знает что нужно сделать. Не заорать в ответ, не ткнуть носом в собственное дерьмо, которое вполне очевидно со всеми этими древними скелетами в шкафу.
Нет
- Она [они] исполнила [и] свой долг, оставшись верной [ыми] джедаям до самого конца. - Он поднимается. Не спешит, но и не медлит. Внезапно спокойно, почти буднично достает свой световой меч. - В отличии от тебя. И меня.
Наверное, к этому все равно должно было прийти. Может, не так рано, но что уж теперь?
Простите. Бейл, Солис, Рай-Гул, Тревер. Вы сможете поднять Мунстрайк, я верю в вас.
Оби-Ван...
Который почему-то так настойчиво советовал ему вернуться на Татуин и не заигрывать с Темной стороной. Сейчас, конечно, уже поздно, но воспользуйся он голокроном, то, возможно, шансов было все-таки больше.
Теперь же ненависть не ушла, но словно бы запрятана в маленькой пирамидке. До поры до времени.
Впрочем, в свободной руке по-прежнему лишь камея.
- Позволил, да. - Как-то очень спокойно выходит. А медальон холодный-холодный, кажется, начинает неметь даже рука - Я был не прав и признаю это.
Сколько раз он успокаивал себя - судьба (Сила?) просто подарили второй шанс, которым Ферус обязан воспользоваться, чтобы остановить Империю. И что теперь? Эта же самая судьба настигла его?
- Но ты свои признать не можешь и не хочешь. Потому что слаб.
Пожимая плечами, одновременно активируя меч.
- Лорд Вейдер, вы обвиняетесь в измене Империи и Императору Палпатину.
Световой клинок опускается в серии быстрых и мощных атак Атару, сам же Ферус перепрыгивает, уходя за спину, а затем слегка приседает атакуя по ногам в размашистом стиле Макаши.
Уже не смешно. Уже не до шуток.
Игры кончились. Правда?

+2

11

мой бедный Обвинитель, что за бред
Несёте вы в горячке день за днём?
Мне выбора давно как будто нет.
Ну, разве между дыбой и огнём?

И этим ты восхищался? Вот с э т и м хотел дружить и доказать, что достоин? Не хуже?
Сейчас даже не смешно или забавно. Как-то презрительно и с доброй долей отвращения можно понять, что Ферус Олин – всего лишь ничтожество. Забавное до боли и отзвуках смеха в неработающих легких.
- Никого, - насмешливо, четко и спокойно. Когда ты научился быть таким равнодушным рядом с такими обвинениями? Когда тебе стало все равно? И когда ему всё равно перестало быть?
Равнодушно читающему в голонете сводки с фронта или смотрящего выпуски новостей.
Он отвернулся. Ты как всегда не смог.
Энакин Скайуокер не мог часто вспоминать. Лорд Вейдер, не признавая, отчаянно завидовал умению отпускать. Но сейчас, он. Перед тобой. С проникнутыми ядом словами с отчаянно бессмысленной попыткой уколоть – никто. Совершенно, всего лишь очередная личинка джедая. Как просто его сломать.
Хочешь?
Или с тебя хватит уже составленного списка смертников?
- Из тех, кого люблю – никого, - совершенно спокойно, будто они снова падаваны, еще незнакомые, или наоборот, из не случившегося настоящего – где друзья, соратники и рыцари.
Призраки вечного гниения и умирания. Застывшие в своем покое и забывшие, что жизнь – это вечное развитие.
- Но миллионы других, - всего лишь прекратив войну. Когда она и началась так нелепо – по твоей дурости. Из-за твоей б о л и. Ибо кто был сенатору от Набу Падме Амидале Наберрие Оби-Ван Кеноби. Но у нее было большое сердце. Теплое, бьющееся.
А у тебя умерла мать.
И ты винил своего мастера. Признай это, признай!
Но снова боялся потерять. Еще больше только – сорваться снова, как в той навечно мертвой теперь деревушке.
Что ж, ты и правда сорвался.
По губам скользит усмешка. Настоящая, искренняя, пусть и исполненная иронией. Он – это почти ты. Такой, кем был. Жалкий, горящий, справедливый. И вновь вы не можете продумать и шага наперед. И неважно.
Что обвинение нелепо. Что даже поводов – нет ни одного.
И подтвердил чужую уверенность – твою. Уже ничто не убедит в обратном.
Вейдер опускался неуклюже. Вейдер так и сидит, пока Ферус Олин произносит свою пламенную речь. А ситх едва удерживается от совета поменять «Империю» на «Республику», а Повелителя – на Совет джедаев. А потом нахмуриться, напомнив, что, таки да, разваливающийся флагман был реорганизован совершенно законно. Теми, кого выбрали простые люди.
Теми, кого мог выбирать Ферус Олин, трус, бросивший своих.
А у Энакина Скайуокера просто никогда не было гражданских прав и свобод. О чем так радостно ему любили напомнить в благороднейшем Ордене светлых рыцарей.
Вейдер сидит, слушает. Наклонил бы голову от столь интересного зрелища – самозваный джедай обвиняет ситха в измене темной Империи. Это было забавно, а еще честно.
Только Ферус поторопился лет на десять.
Государству Палпатин еще нужен.
А синий клинок встречается с фиолетовым. Забавно.
Синий, разве, почему? На сегодня – цвет лорда Дарта Вейдера. А вы так умеете?
Фиолетовый, вечная грань между тьмой и светом – Ферус Олин. Почти как Мейс Винду, а?
- Мальчишка, - характеризует Вейдер бывшего заклятого друга, который так и не дотянул до гордого звания «враг». И легко парирует, возможно, слишком легко. Особенно для того, кто едва привык к новому телу и стилю боя.
Впрочем, они всегда все схватывали на лету.
А подняться легко. Слишком. Даже не верится, что это тот же неповоротливый и неуклюжий человек. Сейчас Вейдер скорее издевается. Парируя удар за ударом, он…
…не нападает.
Совсем. Спарринг, тренировка. Последний урок мастера Скайуокера уже чужому падавану. Свой-то отвернулся.
А осмыслить тот мальчишка не сумел. До самой смерти, своей и ее.
- Следи за кистью, герой, - Вейдер отвечает на сильный, но не слишком хитрый удар. Этак и меч потерять недолго. – И за ногами.
Филигранно коснуться чужого бедра своим клином, оставляя совсем ерундовую царапину. Впрочем, помнится, мастер Кеноби именно из-за такой проиграл графу Дуку. А ведь тот всегда был больше политиком.
Еще один слабак.
Ответь на удар, на еще один, и еще. Они почти танцуют, в нелепо абстрактном танце двух изувеченных душ. И все должно было закончиться раньше, совсем.
Вейдер мог убить еще до последнего отзвука нелепого обвинения.
Или двумя ударами после.
Но даже подобное нечастное развлечение надоедает. Все же, опыт неравен. А Олин, ощущение, совсем не тренировался за эти годы. Даже жаль его.
И кого еще остается жалеть, как не тех, кто рядом с тобой?
Вейдер просто позволяет себе поиграть. А потом берет, бесцеремонно обращаясь к так любящей его Силе, и прижимает Феруса Олина к холодному боку бакта-камеры. Не давая двигаться. Совсем.
И пусть, нечестно. На войне – чести нет.
- Твои джедаи научили меня убивать детей, не терзаясь совестью, - равнодушно информирует, приближаясь и даже не обращая внимания на слабое (для него?) сопротивление. Фиолетовый клинок гаснет и оказывается в ладони ситха. Рассматривая его, Вейдер лишь хмыкнул.
Пригодится.
- А знаешь, они ведь одобрили внедренные клонам чипы, с приказом убить каждого джедая, - ехидно добавляет. Это до сих пор разрывало душу – а теперь стало до боли смешным. Потому что так им и надо. – Потому что клоны ведь не дотягивают до звания нормального разумного, и им нужна большая управляемость и послушание.
Подойти совсем близко. Подвести издевательски сияющий синим клинок к чужой шее. Едва ее не касаясь.
- Ситх же сделал все, чтобы развязать бойню, лишив надежды на всякие не агрессивные, мирные переговоры. А знаешь, зачем?
Власть, жажда, тьма. Одержимость, зло и еще куча причин, ведь так он должен думать, этот наивный недо-рыцарь Ферус Олин.
- Кроме всего прочего, о чем ты, разумеется, знаешь, банальное – месть. За мясорубку, когда джедаи вырезали всех, даже самых юных, адептов темного пути.
Так близко от живого человека, кажется, Вейдер не было с самого Мустафара. Правда, сейчас это почему-то не трогает. Не вызывает ни отвращения, ни тоски. Просто есть и есть.
Все для внешнего эффекта, чтобы проникся.
Дети всегда ведутся на внешнюю обертку конфеты. Пусть там даже и мон-калов жир.
- Джедаи же потворствовали, пытаясь отыскать ситха. И мир тут был совершенно не при чем, - простая констатация факта. Легкое дежа-вю, ведь когда-то такое говорил себе Энакин Скайуокер, перед пятьсот первым легионом. Направляя его на сожжение Храма. – Пока есть ситхи – будет война. Пока есть джедаи – будет война. Пока существуют эти учения – будет война. И плевать всем на тех, кто вне. Я убью всех. И лишь потом – себя.
И лихорадочную, искреннюю убежденность на грани с одержимостью Вейдер даже не стремиться спрятать. А зачем?
Выключить клинок, отойти. Вернуть на пояс, сжимая чужой в ладонях. Насмешливо не оборачиваться, подходя к двери. И лишь там – задержаться:
- Но у тебя есть потенциал и мы еще поиграем. Рилот, местные сепаратисты совсем распоясались. Не нравится им, что исторический строй сохранился. Правительство запросило помощи Империи. И ты проведешь там зачистку, Ферус. Иначе туда приеду я. С заманчивой идеей орбитальной бомбардировки.
Ах, да, еще одно. Меч, чужой меч взлетает, и даже не глядя, за спину. Но до хозяина – не долетит. Всего лишь изломать, покорежить, раскрошить в труху все составляющие клинка, кроме самого кристалла. Который так банально падает на пол.
- Мой бедный обвинитель, честный и справедливый. Прежде чем бросать вызов, подумай, что потеряешь.
Вейдер больше не задерживается в комнате, лишь последние слова все слышатся:
- Ты сегодня проиграл.
Не столько даже физически, как подтвердив все подозрения. Как позволив понять – и не сумев уйти. Пусть гадает теперь, какая информация верная, а что лишь способ нанести удар по едва живым джедаям и еще не родившемуся движению нового поколения сепаратистов.
А Дарт Вейдер пока займется Баррисс Оффи.
Глупо ведь игнорировать такие хорошие нечаянные советы? Пусть даже от зарвавшегося джедая.

И через должное время она принесет ему добрые вести. О тех, кто прячется и надеется.
О движении Мунстрайк.

мой бедный Обвинитель, мой палач,
Бессильны вы что-либо утверждать,
Процесс не получается хоть плачь,
Вам остаётся только просто ждать.

[nick]Darth Vader[/nick][status]one step to another way[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/0b9d9bbf791deffc6bdc5ad273ad05ee/tumblr_ouypapUMka1tx6zqyo1_500.jpg[/icon]
[the end]

+2


Вы здесь » Star Wars: an Old Hope » Империя Палпатина и Новая Республика » alight in the darkness [17 ДБЯ] (Закрыт)